– Джим, найди Итона: пусть перекроет все движение по Кольцу южнее девятой зоны. Машины уже набились в полосу отвода. Пыль и так видна с расстояния в милю, а если станет известно, что здесь какая-то неразбериха, все будет переполнено.
– Я-то передам, но ему это не понравится.
– Это не политика! Эта фигня выйдет за пределы стартовой площадки уже через двадцать минут!
– Это долго не…
– На какой оно сейчас глубине?
– На ста пятидесяти! – Последовала небольшая пауза. – Пит, если оно будет и дальше двигаться тем же курсом, то выйдет на поверхность ровно там, где ты припарковался!
– Хмм… Похоже, про «Интермикс» можно забыть. Скажи-ка ты Итону, что надо приготовить сообщение для прессы.
– Пит! – позвал его стоявший рядом Дэн. – Кстати, о репортерах.
Рейнольдс выключил связь, повернулся и увидел, что из потрепанного спортивного «моноджега», остановившегося за вездеходом, выбрался мужчина в цветастом дорожном костюме. На плече у него болталась большая фотокамера в футляре.
– Слушайте, что тут у вас творится? – спросил он.
– Оползень скальных пород, – коротко ответил Рейнольдс. – Я вынужден просить вас уехать. Эта дорога перекрыта для всего транспорта…
– А вы кто такой? – задиристо спросил репортер.
– Я главный инженер. А теперь уезжай, парень. – Он снова включил рацию. – Джим, быстренько собери все наше тяжелое оборудование. – Он замолчал: машину опять слегка встряхнуло. – На «Интермиксе» оно уже ощущается, – добавил он. – Боюсь, у нас проблемы. Чем бы это ни было, оно ведет себя как твердое тело, пробивающее себе путь под землей. Возможно, нам удастся забаррикадировать его.
– Забаррикадировать землетрясение?
– Да, я знаю, это звучит странно, но больше мне ничего не приходит в голову.
– Эй, так что насчет землетрясения? – Человек в ярком костюме так и не уехал. – Ей-богу, я его чувствую! Этот треклятый мост шатается!
– Валите отсюда, мистер! Живо! – Рейнольдс ткнул пальцем в сторону шоссе, по которому все еще неслись потоки машин. – Дэн, отвези нас к главному пути. Надо предупредить, чтобы перекрыли…
– Полегче, приятель. – Репортер достал камеру из футляра. – Я представляю «Нью-Девон Скоуп». У меня есть несколько вопросов…
– А у меня нет ответов! – оборвал его Рейнольдс. Его машина сорвалась с места.
– Эй! – заорал ему вслед репортер. – Тоже мне, большая шишка! Думаете, вы можете…
Его вопли остались позади.
В прибрежном городке Айдлбриз, на расстоянии сорока миль от лжеземлетрясения, стоял скромный домик, где проживали военные пенсионеры. Там, в кресле с откидной спинкой, перед болтавшим без умолку три-дэ-контуром, сидел наполовину дремавший старик.
– Дедушка, – проговорила молодая женщина с пронзительным голосом. – Тебе пора в постель.
– В постель? На кой мне идти в постель? Все равно не спится. – Он пошевелился, затем сделал попытку сесть и изобразить интерес к три-дэ. – Я смотрю шоу. Не мешай.
– Это не шоу, а выпуск новостей, – с отвращением сказал полноватый мальчик. – Ма, можно я переключу на другой ка..
– Оставь, Бенни, – сказал старик. На экране возникла панорамная сцена: бесплодная земля, по которой тянулась борозда. Прямо у него на глазах борозда сделалась длиннее.
– …Здесь, на «Интермиксе», открывается прекрасный вид на интересное происшествие, лазангеммун, – тарахтел диктор. – По нашему мнению, администрация порта хочет тем самым сделать рекламу своему неоднозначному проекту постройки…
– Ма, ну можно я переключу?
– Хорошо, Бенни.
– Не трогай, – сказал старик.
Полный мальчик потянулся к пульту, но что-то во взгляде старика заставило его остановиться.
– Транспорт так и прет, – сказал в телефон Рейнольдс. – Черт побери, Джим, мы так получим здоровенную пробку…
– Он не хочет этого делать, Пит! Ты же знаешь, Кольцо – его детище. Крутая всепогодная магистраль, которую ничто не сможет перекрыть. Он говорит, что ты должен уладить это в процессе работы…
– Уладить, черт побери?! Я говорю о предотвращении крупной катастрофы! Счет идет на минуты!
– Я попробую еще раз…
– Если он опять откажется, возьми пару больших десятиярдовых грейдеров и перекрой дорогу сам. Установи временные арки, и чтобы не проехала ни одна машина, ни с какой стороны.
– Пит, ты превышаешь свои полномочия!
– Делай что сказано!
Десять минут спустя вернувшийся на уровень поверхности Рейнольдс наблюдал, как поднятые на стрелах полиарки заняли свое место на двух дорожных заграждениях в четверти мили друг от друга, перекрывая оказавшийся в опасности участок скоростной автострады, которая проходила по эстакадам и насыпям. В сотне ярдов от задней грузовой площадки легкого грейдера, где стоял инженер, медленно поднялся пятидесятифутовый камень, раскололся и с грохотом рухнул. Один его угол врезался в массивный столб, поддерживавший выносную площадку для остановки транспорта на обочине. Двадцатифутовый обломок отлетел, обнажая стержни арматуры.
– Какая глубина, Джим? – крикнул Рейнольдс, стараясь перекрыть грохот, идущий от перепаханного участка.
– Уже почти подповерхностный слой, Пит! Вот-вот прорвется…
