«Сузить фокус! – Восприниматели послали команду шести тысячам девятиста тридцати четырем энергетическим элементам Ри-мозга. – Противоборство не может длиться долго! В тот раз мы почти потеряли пленника…»
Зондирующий луч сузился, вонзаясь в самую сердцевину мозга Мэллори, навязывая выбранные им схемы…
…Ребенок заскулил, когда лезвие длиной в фут приблизилось к ее хрупкой груди. Сжимавшая нож корявая рука почти любовно провела им по коже с голубыми прожилками. Из неглубокой раны потекла темно-красная кровь.
– Если ты откроешь мне тайны Братства, твои товарищи по оружию непременно умрут, – монотонно проговорил безликий голос инквизитора. – Но если ты будешь упорствовать, твоя женщина и твое дитя претерпят все, что только сможет породить моя изобретательность.
Он рванулся, пытаясь освободиться из цепей.
– Я не могу тебе сказать! – прохрипел он. – Ты не понимаешь! Нет ничего, что стоило бы этого ужаса! Ничего…
Он ничего не мог сделать, чтобы спасти ее. Она прижалась к плоту, обреченная. Но он мог присоединиться к ней…
Нет, не в этот раз. В этот раз стальные цепи не пускали его к ней. Он снова рванулся, слезы слепили его…
Дым слепил его. Он посмотрел вниз, увидел обращенные вверх лица. Конечно, легкая смерть лучше гибели в огне. Но он прикрыл лицо руками и двинулся вниз…
– Никогда не обманывай доверия! – прозвенел в тесной темнице голос женщины, чистый, словно пение трубы.
– Папочка! – закричал ребенок.
– Умирают лишь раз! – крикнула женщина.
Плот ринулся вниз, в бурлящий хаос…
– Говори, черт возьми! – В голосе инквизитора появились новые нотки. – Мне нужны имена и места! Кто твои союзники? Каковы твои планы? Когда начнется восстание? Какого сигнала они ждут? Где?.. Когда?..
Мэллори открыл глаза. Слепящий белый свет, искаженное лицо с выпученными глазами прямо перед ним.
– Ваше превосходительство! Он очнулся! Он вырвался…
– Влей в него всю силу! Силу, черт побери! Заставь его говорить!
– Я… я боюсь, ваше превосходительство! Мы имеем дело с самым могущественным инструментом во Вселенной – человеческим мозгом. Кто знает, что мы можем создать…
Косло отшвырнул специалиста и рванул рычаг управления до упора.
…Темнота взорвалась ослепительным сиянием, перешедшим в очертания комнаты. Перед ним стоял полупрозрачный человек, в котором он узнал Косло. Диктатор повернулся к нему с перекошенным лицом:
– А теперь говори, черт возьми!
Его голос сделался каким-то странным, призрачным, словно представлял лишь один уровень реальности.
– Да, – отчетливо произнес Мэллори. – Я буду говорить.
– И если ты солжешь… – Косло выхватил из кармана простого кителя автоматический пистолет уродливого вида. – Я лично всажу тебе пулю в мозг!
– Мои главные союзники по заговору, – начал Мэллори, – это…
Говоря, он осторожно высвобождался – слово, которое пришло ему на ум, – из сцены, в которой участвовал. Он осознавал, что на одном уровне его голос сыплет фактами, которых так отчаянно жаждал тот человек. А на другом он тянулся наружу, перенаправляя силу, которая вливалась в него из кресла… перебрасывая ее через пространства, сжавшиеся в бесконечно малую плоскость. Он потянулся еще немного и вошел в сеть живых энергий, любопытных, трепещущих. Надавил, отыскал слабые точки, влил в них силы…
Круглая комната вдруг превратилась в жутковатое видение. Ее окружали мерцающие и сияющие огни. Из тысяч ячеек, расположенных рядами, торчали округлые безглазые головы белых червеобразных существ…
«ОН ЗДЕСЬ!» – предупреждающе взвизгнул Эгон и швырнул в канал контакта молнию чистой мыслесилы. Та столкнулась с ответной молнией энергии, которая прожгла Эгона, обуглив многосложные органические схемы его головного мозга и оставив среди ячеек дымящуюся дыру. На мгновение Мэллори застыл, ощущая потрясение и замешательство частей Ри-разума, лишившихся руководителя частей Ри-разума. Он почувствовал непроизвольное стремление к смерти, охватившее их, когда они осознали, что направляющая сила – Эгон – исчезла. Одна из ячеек обрушилась внутрь себя у него на глазах и сгорела. За ней вторая…
– Стоять! – скомандовал Мэллори. – Я принимаю командование над мыслекомплексом! Всем подсистемам связываться через меня!
Безвольные фрагменты Ри-разума послушно повиновались.
– Изменить курс, – приказал Мэллори. Отдав нужные указания, он отступил по каналу контакта.
– Итак… великий Мэллори сломался. – Косло покачался на каблуках перед связанным врагом и рассмеялся. – Ты долго тормозил, но когда начал, запел, как голубок. Сейчас я отдам распоряжения, и к рассвету от твоего бессмысленного восстания останется лишь груда обугленных тел, сваленных на площади в назидание другим!
Он вскинул пистолет.
– Я еще не закончил, – сказал Мэллори. – Заговор проник куда глубже, чем ты думаешь, Косло.
Диктатор провел рукой по посеревшему лицу. В его глазах отражалось ужасное напряжение последних часов.
– Тогда говори! – прорычал он. – И быстро!
