Призрак игриво повел ободом, проплыл через комнату и повис перед плакатом с таблицей Менделеева. Бумага вспыхнула.
– Все энергоемкие молекулы воздуха слетелись в одну точку, – объяснил Люцифер. – Такое может произойти в любой момент, но случается редко.
– Боже милостивый! А вдруг весь воздух соберется в одном конце комнаты? – прошептал Димплиби.
– Смею заметить, профессор, что ваши легкие тогда разорвутся. Поэтому я на вашем месте не терял бы ни секунды.
– Только представь, что́ сейчас должно твориться снаружи, – сказала Карлин. – Со всеми этими беспрепятственно бродящими волшебными пиццами и брокколи!
– Так это из-за них орали сирены? – спросил Димплиби. Он встал перед сконструированным им аппаратом и тяжело сглотнул. – Ну что ж, Люцифер. Попробуйте пригнать их сюда.
Дьявол сосредоточенно нахмурился. Пицца медленно поплыла, слегка вращаясь, словно выискивала источник раздражения. Потом нетерпеливо дернулась и направилась к Карлин. Люцифер взмахнул рукой, и пицца, отклонившись, проплыла над столом.
– Пошел! – выкрикнул Димплиби и повернул переключатель. Пришлая сущность, словно придавленная падающим кирпичом, шлепнулась в центр трехфутового диска, окруженного мощными электромагнитными катушками, подпрыгнула, задергалась, но безрезультатно.
– Поле держит ее! – напряженно произнес Димплиби. – Пока что.
Внезапно пульсирующее дискообразное существо сложилось, встало на край и выпустило крылья и хвост. На боках заблестела чешуя. Из крохотных крокодильих челюстей вырвался дым, а за ним – струйка пламени.
– Дракон! – воскликнула Карлин.
– Держите его, профессор! – взмолился Люцифер.
Дракон обвил себя хвостом и превратился в бугорчатый черный шар, покрытый длинными иглами, с двумя ярко-красными глазами и парой длинных тонких дрожащих ножек.
– Гоблин? – недоверчиво произнес Димплиби.
Налетев на удерживавшую его стену, гоблин сделался гуманоидом ростом примерно в фут, с грубой кожей, большими ушами, широким ртом и длинными руками. Он понуро опустился на решетчатый настил, обхватил руками колени и жалостливо уставился на зрителей воспаленными глазами.
– Поздравляю, профессор! – воскликнул Люцифер. – Один есть!
– Его зовут Квилчик, – сказал Люцифер. – Душераздирающая история у этого бедолаги.
– Ой, бедненький! – ахнула Карлин. – Мистер Люцифер, а чем он питается? Как думаете, может, дать ему латука?
– Его пища совершенно нематериальна, Карли. Он кормится лишь энергией. И в этом-то, похоже, корень проблемы. Видимо, у них дома случился голод. Рост рождаемости при отсутствии смертности вызвали перенаселенность, и его народ давно переселился в космос. Они странствуют по нему с незапамятных времен, поглощая лишь случайные молекулы водорода и производя пару квантов энтропии. Этого едва хватает, чтобы двигаться.
– Хм. Полагаю, энтропию можно счесть свойством материи, – задумчиво произнес Димплиби, потянувшись за бумагой и ручкой. – Трудно представить себе различие между порядком и беспорядком в пространстве без материи.
– Совершенно верно. Причудливое размещение элементов в земной коре и неожиданное зарождение жизни, похоже, стало результатом вызванного ими возмущения поля случайностей. Не говоря уже об эволюции, биологических мутациях, динозаврах, вымерших как раз вовремя, чтобы обеспечить процветание человека, – ну, и женской моде.
– Женская мода? – нахмурилась Карлин.
– Конечно, – кивнул Димплиби. – Что может быть неожиданнее парижских мод этого сезона?
Люцифер покачал головой. На его правильном лице отразилось беспокойство.
– Я хотел ловить их в точке входа и отправлять туда, откуда они пришли. Но в данных обстоятельствах это выглядит негуманно.
– Но мы не можем позволить им устраивать кавардак. Вместо циклического метода будет сплошная ирландская лотерея…
– Ой, а нельзя ли поместить их в какой-нибудь заповедник? – предложила Карлин. – Пусть они там, например, ткут покрывала.
– Не двигайтесь! – воскликнул Люцифер. – Рядом еще один!.. Я чувствую напряжение поля случайности…
Карлин громко ойкнула, сделала шаг назад и зацепила каблуком шнур удлинителя, от которого были запитаны магнитные поля. Вилка с резким щелчком выскочила из розетки. Квилчик вскочил на свои большие приплюснутые ноги, быстро огляделся по сторонам, подпрыгнул и прямо в воздухе превратился в летучую мышь.
Люцифер сбросил с себя куртку, галстук и рубашку и на глазах у изумленной четы Димплиби пошел рябью, приняв затем форму птеродактиля. Крылатый динозавр выпрыгнул из падающих белых брюк, взмыл в воздух, распахнув длинный клюв, и погнался за летучей мышью.
