Демон вряд ли, вероятно какая-то травма горла. При очередном спазме женщину потряхивало. Ещё и судорога в ногу отдаёт, что норовит подкоситься каждую секунду.
Я спрыгнул и встал рядом с идиотом, радостно наблюдающим чьи-то страдания. Профдеформация после моих вскрытий?
Свет от вспышки терялся в завивающихся волосах, и мешаясь с желтоватыми лампами, вырывался наружу сотнями оттенков, будто на макушке пристроилась бриллиантовая шапка. Я как завороженный крутил головой, улавливая мельчайшие, просачивающиеся сквозь кудряшки лучи.
Да я точно сбрендил… Что в этом бардаке могло показаться мне волшебным?!
– Ну-у… – взвыл Паша, когда я прикрыл камеру рукой, пытаясь избавиться от завораживающего наваждения.
Оператор начал теребить смартфон, желая возобновить съемку. Бесит!
Запуская его технику в стену, я мечтал поскорее избавить свои глаза от страданий. Пусть только вякнет… Он зарабатывает на мне столько, что может ещё ящик таких же купить!
Я перевёл на парня полный бешенства взгляд, всеми фибрами намекая, что пару раз отступить от принципов смогу и подвешу его живьём. Во своё спасение спорить он не стал, и зашустрил за шефом. Было бы что снимать…
– Стой.
И откуда у нас столько силёнок взялось…
Я провалился рукой в мягкую копну и потянул на себя измождённое существо, предпринимающее жалкую попытку к бегству.
Какая красота…
Свежие лиловые подтёки с концентрирующейся синью. А тут у нас что… не рассчитала силёнок прикладываясь головой? Нос уже желтеет, наверняка прошла почти пара дней. Хорошенько её кто-то отделал.
– Бо-ольно… – пыталась девушка уцепиться за мою руку, что вытягивала её содрогающееся тело в струну.
Хм-м… Не похожа на пьяную. Запаха алкоголя вообще нет. Судя по растекающимся у стены крохам, несварение тоже под вопросом. Сотрясение?
Я ослабил хват и сразу почувствовал напряжение, что пробежало по её худому телу. Решила вложить всё в последний рывок?..
Мягкая, как плюшевая игрушка…
Запуская руки меж волос, я не мог справиться с наслаждением. Отчего-то, она казалась мне до броского настоящей. Несмотря на обречённый с первого взгляда вид, жить ей сейчас хотелось, как никогда. Даже не имея сил на сопротивление, она умудряется переправлять судороги, мечтая высвободиться. Вот это воля… Что ж на этой проклятой земле тебя так держит? Семья? Дети?..
А тут у нас что…
Меня обдало обжигающей волной. Какая прекрасная шея… Удушье? Пальцев не видно, но гематома знатная, почти вишнёвая… Я б на её месте блевать собрался в последнюю очередь, наверняка боль адская.
