Вооруженная охрана, ничуть не удивленная их появлением, шагнула к троице.
- Дункан Трегарт, вы арестованы, - головастый капитан с усиками-антеннами, росшими прямо из лысой макушки, цедил слова, словно отдавал команды, - за сговор с врагом, предательство, кражу имущества, принадлежащего...
- Что вы делаете, ведь это - Дункан Трегарт! - словно капитан минутой раньше не назвал его имени, возмутилась Орта.
- Мы в курсе.
- Он - герой, он только что из тюрьмы, его пленили Повстанцы!
- Не было никаких Повстанцев.
- Дункан, о чем он? Скажи этим...
Трегарт свесил голову. Не арест, не грядущее наказание, и даже не предательство - больнее всего было разочаровать Орту...
- Дункан, скажи им... - уверенности в голосе девушки убавилось.
- Я скажу, - капитан погладил антенны, словно усмирял непокорные вихры, - а лучше покажу - запись с камер наблюдения!
15.
Серые пластиковые стены, кровать, умывальник, туалет, вентиляционное окошко под потолком.
Он снова в тюрьме.
- Дурак, дурак, какой же я дурак! - даже мысли похожи.
Маячивший в отдалении призрак сот, приблизился, обретя контуры, на глазах обрастая плотью.
Было страшно. До колик в животе, до катания по полу с истошным: "Не хочу!".
- Поделом! Сам виноват! - признание собственной вины успокаивало слабо.
Тянуло обвинить кого-то другого, того же Рашид Канна. Правда, участи это облегчить не могло, а, соответственно, мужества не прибавляло.
- Дурак! Дурак! Дурак!
- Борцам за справедливость наше почтение, - в камере, у двери, стоял Д'арно.
Погруженный в себя, Трегарт пропустил появление друга.
- Как чувствует себя кузнец всеобщего счастья?
- Хоть ты не язви!
- Неужели я не первый? - Вольный Прыгун аккуратно опустился на деревянный табурет, неизвестно зачем оставленный в камере - стол-то отсутствовал.
- Мне хватает и себя самого.
- Извини, хотел поддержать, добавить оптимизма, ободрить...
- Поводов с этим самым оптимизмом смотреть в будущее, хоть отбавляй - грядущий суд, Повстанцы получили Карту, а с ней доступ к Камням, ко всем планетам, война неизбежна... и все это из-за... Дурак. Дурак!
- Я бы на твоем месте о себе думал. А Карта - Повстанцам от нее проку не больше, чем Гильдии.
- Как так?
- А вот так! Гильдия перехитрила саму себя, уничтожив Компьютер Основателя, возможно последний действующий Компьютер.
- Что с того?
- Без него отыскать планету, с которой открывается цепочка Проходов на Эталонный Мир, нет, не невозможно - весьма нелегко. Ты хоть представляешь, сколько вселенных? А сколько в каждой планет? Миллиарды, триллионы, здесь и счастливый случай вряд ли поможет. Эту секретную Карту кому только не показывали: агентам-пенсионерам, мессиям, шпионам, богам, даже мне - результат - ноль, то есть никакого.
- Получается, я выкрал пустышку! Никому не нужную вещь!
- Ты забрал вещь, принадлежащую Гильдии, ты, не забывай, предал ее. Не важно, руководствуясь какими мотивами - предательство всегда предательство!
- Да, конечно, - надежда, на мгновение блеснувшая сквозь реальность сот оказалась призраком, искрой в собственном глазу осужденного. - Как там Орта? - Дункан старался, очень старался, чтобы голос не дрожал, и ему почти удалось.
- А что Орта, закрылась в своей комнате, уже сутки, никому не открывает, на стук и звонки не реагирует. Чего ты ждал - она член Гильдии, винтик механизма, который ты пытался разрушить.
- Когда... когда суд?
- Этого не знает никто. Думаю, скоро, очень скоро. У меня имеются некоторые гм, рычаги воздействия, сделаю, что смогу.
- Спасибо.
Д'арно ударил кулаком по ладони.
- Нет, скажи, ты мне скажи, ты что, правда, верил в благородство Повстанцев? Что где-то, пусть в отдельно взятой вселенной возможно всеобщее счастье?
- Верил.
- Дурак!
- Знаю.
16.
- Встать, суд идет!
- Подсудимый, лелея преступные замыслы, под личиной верного члена Гильдии, вернулся...
- Протестую, это не подтвержденные факты...
- Протест отклоняется...
- Обвинение вызывает свидетеля...
- Вы видели подсудимого?..
- У обвинения больше нет вопросов...
- У защиты тоже.
- Обвинение вызывает следующего свидетеля - сержанта Дугана, стоявшего в карауле...
- Вы видели?..
- Уверенны?..
- Подтверждаете?..
- У обвинения нет вопросов.
- У защиты тоже.
Все шло своим чередом - речь обвинителя, защитника, свидетели, присяжные - неизменно члены Гильдии, заинтересованные, или равнодушные глаза зрителей. Все, как должно быть, идти, по правилам, веками установленным правилам, местами, под грузом тех же веков, превратившихся в еще более незыблемые традиции.
- Улика номер один - диск видеонаблюдения...
- Протестую!
- Отклоняется.
- Номер два...
- Номер три...
- Четыре...
- Протестую!
- Поддерживаю - нестиранный носок обвиняемого не может служить доказательством его вины!
Дункан словно участвовал в неком фарсе, представлении. Люди и не люди разыгрывали его, кидая заученные реплики, тараторя поднадоевшие роли, даже присяжные, казалось, зевали строго дозволенное число раз с выверенными промежутками.
- А теперь, Ваша Честь...
- ... обвинение пытается изложить свои домыслы, как факты...
- Хорошо, я перефразирую...