— Но это не помогло, как ты видишь! Я позвала его, и он нашел меня, потому что я хотела, чтобы меня нашли. Я предала все, за что умерли Ставрос, Туска, Платус. Я отдала ему в руки мальчика, и вот я здесь, все еще с ним, все еще танцую, держась за его руку в ритме какой-то дьявольской музыки!
— Успокойся, дорогая, тише! Не будем больше говорить об этом. За все семнадцать лет, Мейгри, дня не прошло, чтобы я не любил тебя.
Она заморгала, шмыгнула носом и посмотрела вокруг, словно ища, не оставил ли кто в саду коробку с бумажными платками. Джон сунул руку в карман, достал носовой платок и протянул ей.
— На вот, возьми.
Мейгри улыбнулась, вытерла глаза и, взглянув на него из-под опущенных ресниц, сказала задиристо все еще глухим, сдавленным от слез голосом:
— Так, значит, нет никакой жены и десятерых детей?
— Жены? Разве подобная жизнь для женщины? — сказал Дикстер и показал рукой на крепость.
— Для женщины, которая любит тебя. Полно, Джон! Подобно миссис Бэгнет она надела бы серый плащ, взяла зонтик и последовала за тобой хоть на край света. Я так хотела, чтобы ты женился. — Мейгри отступила на шаг. — Ты заставляешь меня чувствовать себя виноватой. Ведь я превратила твою жизнь в… как это… в заглохший, пустой сад. Я никогда не хотела этого…
Дикстер притянул ее и прижал к себе.
— Я знал, что делаю. Я не был похож на мальчика, у которого украли сердце. Я был мужчиной и отдал тебе свою любовь добровольно и с радостью. Я прекрасно понимал, что получу взамен. Ты была всегда честной со мной, а твоя дружба — верной. Мне этого было больше чем достаточно. Я знал своих соперников…
— Соперников? Во множественном числе? Столько у меня никогда не было!
— Было. Два. Он и еще один.
Мейгри, прильнув к Джону, прижала голову к его щеке. Проследив за его взглядом, она поняла, что Дикстер смотрит на челнок Командующего, поверхность которого отсвечивала на солнце.
— А кто был вторым? — спросила она тихо.
— Его-то я и боялся больше всего. Даже не надеялся избавиться от него.
Мейгри озадаченно посмотрела на Джона.
— Он там. — Дикстер поднял глаза и посмотрел на небо.
День близился к вечеру, небо все еще было светлым, но уже виднелся мерцающий свет соседней планеты.
— О, я знаю тебя прекрасно, леди Мейгри! Ты сейчас не со мной. Ты — там, соображаешь, где и как достать космолет и улететь сражаться с кор…
— Джон! Замолчи! — Мейгри зажала рукой его рот, украдкой посмотрела на корабль Сагана.
Неожиданно Дикстер расхохотался, засмеялась и Мейгри, и звонкий смех, каким смеются только влюбленные, еще больше сблизил их. Но смех оборвался быстро, слишком быстро. Oни стояли, прижавшись друг к другу, как дети, которых страх заставил быть рядом.
— Почему ты задал ему этот вопрос, Джон?
Мейгри смотрела на корабль.
— Ты имеешь в виду вопрос, откуда он знает, что коразианцы нанесут удар именно по нашему сектору галактики?
— Да.
— Сначала ты ответь мне на один вопрос. Саган сказал мне правду?
— Насчет технологий? Да.
— Но не всю правду.
Мейгри положила руки на плечи Джона и крепко сжала их.
— Они бросили его в пасть голодного волка, который гонится за ними.
— Почему? Он же самый опытный в Республике Командующий, лидер, которого высоко ценят…
— И он же один из волков. По мнению Роубса, самый опасный из волков.
Джон потерся щекой о ее щеку. Светлые тонкие волосы цеплялись за отросшую к вечеру щетину.
— Я догадывался.
— Что ты имеешь в виду?
Дикстер немного смутился.
— Как всегда, я оказываюсь в нужном месте, но не вовремя. Ты когда-нибудь слышала об адонианце по имени Снага Оме?
— Нет, но не смотри на меня удивленно. В последнее время моя жизнь была в некотором роде ограничена. Я мало что видела.
— Как бы мне описать этого Снага Оме? Подобно большинству адонианцев, он очень красив. Три вещи любит сильнее всего на свете — себя самого, редкие драгоценности и оружие. Его коллекция черных бриллиантов, как говорят, лучшая в галактике.
— Коллекция королевской семьи была лучшей, — возразила Мейгри.
— Была. Он купил эту коллекцию.
— Купил? — удивленно спросила Мейгри. — Но… она же бесценна!
— Все имеет свою цену. Президент только что созданной Республики нуждался в военных кораблях, оружии, ракетах…
— Оме?
— Да, он — гений, когда дело касается изобретения оружия. Он требует и получает кучи золота. Один, заметь, один из его роскошных особняков, а также склады и полигоны находятся на планете Ласкар. Я видел их. Это впечатляет. Его поместье больше, чем несколько районов столицы. А теперь позволь мне, Мейгри, рассказать тебе о небольшой ссоре, в которую мы оказались вовлечены. Именно ссоре, потому что назвать ее войной нельзя. О ней в вечерних новостях говорят вскользь даже на этой планете. А в галактике о ней никто ничего не слышал. Шахтерам надоело, что ими понукают болваны. Марек хороший человек, не амбициозный. Он хочет, чтобы с его людьми обращались по-хорошему, хочет вернуть контроль над своими шахтами.
