Звездный Гольфстрим полностью

— Вы уверены, что Великий Аттрактор — это зло?

Директор замер, а Пирс непроизвольно втянул голову в плечи, будто чувствуя, что сейчас над ним сверкнет молния и прогремит гром.

— То есть как?

— Понимаете, зло — это, например, Федор Михайлович, инопланетянин. Этот фрукт — абсолютное, беспринципное, рафинированное зло. А вот как нам относиться к Великому Аттрактору — Паутине? Что или кто это? Чем занимается эта Паутина? Это цивилизация, явление, существо, рой, болезнь? Осознает ли она, что то, чем она занимается, может привести к гибели цивилизаций? Видите, тут возникает столько вопросов… В общем, я думаю, что прежде чем нам применять радикальные средства, надо бы ответить на эти вопросы, а еще лучше, постараться вступить в контакт.

— Радикального средства еще не придумано, и вряд ли скоро предвидится… — задумчиво проговорил Айво.

— Подождите, Прыгунов, вы что, забыли — по крайней мере две цивилизации погибли из-за действий Паутины! — воскликнул директор.

— Их уничтожил этот наемник.

— Да, но кто заказал?

— Думаю, что Паутина заказывала не уничтожение. Ведь охотился наемник в первую голову за открытием Лэна. Понимаете? Паутине мешали не цивилизации, а открытие! И еще один момент. Когда мы расставляли бакены в зоне Великого Аттрактора, несколько раз я чувствовал… мне казалось, что кто-то хочет установить со мной контакт.

— Казалось? — нахмурился Дон Кимура.

— Даже и не знаю теперь… — Вовка опустил голову. — Но ведь может же быть жив тот альпинист, которого похитил с перевала 1096,7 этот наемник…

— Прошло слишком много времени, Володя, — проговорил Айво. — Вряд ли он жив. Хотя…

— Мы не знаем, как там течет время, зачем он им был нужен и что они с ним делали. Мы ничего не знаем! — с горечью сказал Вовка.

— Ну ладно, у нас времени — вагон и маленькая тележка. Ничто не мешает нам сформировать еще одну группу по разработке контакта с Паутиной. Будут работать параллельно, — неожиданно легко согласился Дон Кимура.

— Правда? — обрадовался Прыгунов.

— Почему нет?

— Вот спасибо! Это будет просто здорово! Тут такие перспективы могут открыться!

— Ну хорошо, Володя, не смею вас больше задерживать. Вы когда в отпуск отбываете, сегодня?

— Нет, — вставая, ответил Вовка. — Дня через три. А сегодня я лечу на Харон на похороны Торренса.

— Могу предложить вам один из наших кораблей, — проявил неожиданную любезность директор.

— Нет, спасибо. Мы с Кью на индивидуальных телепортах до Луны, а потом обычным телепортом на Харон. До свидания, — Вовка слегка поклонился всем и вышел.

— Господин директор, я тоже лечу! — вскочил с места Ричи и бросился вслед за Вовкой.

Секундой позже стартанул Блумберг.

Наступившую в кабинете тишину, казалось, можно было потрогать руками.

— Дуг, ты понял, мы не можем всё так оставить! Не имеем права! — Дон Кимура тяжело оперся на столешницу.

— Дон, я ненавижу эту чертову работу. Не-на-ви-жу!!!

Гроб с телом Лэнголана с воинскими почестями вмуровали в скалу неподалеку от станции андроидов. К скале прибили золотую табличку:

На церемонии собралось много людей и андроидов — не меньше двухсот человек. На небольшом спутнике Плутона никогда не было так людно. На поверхности стояли с десяток спейсфлаеров, прилетевших с Земли, и четыре галактических разведчика с некоторых станций дальнего Внеземелья. Прилетел, естественно, и «Пеликан». Вовка знал, что здесь весь экипаж. Даже профессор Моран прибыл с Садалсууда. Вовка обернулся и с удивлением увидел, что на поверхность Харона из шлюза станции андроидов продолжают идти нескончаемым потоком люди и роботы в скафандрах. Судьба торонтийского ученого тронула и взволновала многих. СМИ так красочно и эмоционально расписали все, что произошло за эти последние дни, что равнодушных не было. «Хорошо, это просто здорово», — думал Вовка, наблюдая за вереницей фигурок в скафандрах, направляющихся к скале. «Теперь мы вместе, люди и андроиды, а может, и в Паутине есть друзья, и мы их обязательно найдем, обязательно! Не верю я, что альпинист погиб, не верю!» Прыгунов увидел неподалеку от себя фигуру в скафандре андроида. Он пригляделся, потом позвал, перейдя на соответствующую волну:

— Кью, это ты?

— Да, Владимир, я, — ответил тот.

— Кью, а как вы, андроиды, отнесетесь к тому, если планету в системе Садалсууд, на которую упал «Пеликан», назвать «Торренс»?

— Мы сами хотели этого, но считали, что предложить должны все-таки люди…

— Спасибо, Кью, тогда так и сделаем. На правах первого из людей, ступивших на вашу планету-сателлит, я дам заявку от имени экипажа «Пеликана» и андроидов Садалсууда в главный астрофизический Каталог Земли.