Шерил зло сверкнула глазами, не зная точно, возмущение или стыд переполняют ее. И вдруг она представила, что он один виноват в её муках во время допроса. Он был в этом виноват! Она знала! Но не только это мучило Шерил. Он лишил смысла все ее отчаянные попытки противостоять Вошу. Сознание этого приносило такую боль, как и все ее мучения. И самым ужасным было то, что этот идиот ничего не замечал. Она ощутила желание наброситься на него и поколотить, такой оскорбленной она себя чувствовала. И если бы она не была так слаба, то сделала бы это. Зачем было скрывать какие-то подробности, когда этот идиот выболтал все, не моргнув глазом!
“Зачем все?”, – подавленно спрашивала она себя. Что дало все ее сопротивление? В конце концов, она рассказала все, что хотел Вош.
“Нет, – уточнила она. – Не все. О чемодане, который прихватил с собой Седрик с Луны Хадриана с куском бирания, я не упомянула ни разу. И о нескольких других мелочах тоже”.
– Знаешь что, Шерил, я...
– Нет, Набтаал, нет, – она устало подняла руку. – Ничего не говори сейчас. Так будет лучше.
– Хорошо. Как ты скажешь, – кивнул Набтаал. – Я замолкаю.
Вопреки опасениям Шерил, он действительно замолчал. И с каждой минутой она замечала, как гнев ее проходит. Если она чувствовала себя оскорбленной и обманутой Набтаалом, то это была больше её, а не его ошибка. Она с самого начала должна была подумать, что он не устоит при допросе и поведет себя именно так. Набтаал был партизаном, а для представителей этой галактической фракции такие черты характера, как стойкость и дисциплина, являлись не чем иным, как понятиями из банка данных иностранного языка.
Эта мысль несколько успокоила ее, а кроме того, в её голове гнездился еще один вопрос: откуда партизан Набтаал так удивительно хорошо знает сардайкинскую форму и отличительные знаки?
Прежде чем она смогла задать этот вопрос, снаружи, в куполообразном зале, раздался шум шагов.
Шаги приближались к их камере.
Шерил обменялась с Набтаалом испуганными взглядами и почувствовала растущую панику. Страх, что ее опять уведут на допрос, окатил Шерил, как огромная ледяная волна. Одновременно он придал ей силы, и она сама встала на ноги. Набтаал тут же подбежал к ней, взял под руки и помог подойти к двери.
Шаги принадлежали двум широкоплечим, одетым в белую униформу верзилам, которых Шерил тотчас узнала и которые в первый раз выволокли ее из камеры и, избивая, потащили на допрос. На этот раз они пришли не для того, чтобы забрать кого-нибудь, как с облегчением установила Шерил, а наоборот, привели кого-то, кто не мог уже идти, так как они волокли его по полу. При этом они болтали и шутили, как двое заключенных лагерей, перевозящие ящики-контейнеры.
Худой, седовласый мужчина допускал такое “любезное” обращение.
Он был одет в темную ухоженную форму – парадную форму флотского адмирала; это Шерил увидела, когда его проносили мимо их камеры. При этом мужчина слегка приподнял голову, и она смогла разглядеть его лицо с редкими свисающими вниз прядями волос, широко открытыми стеклянными глазами и слюнявым ртом.
– Что? – спросил Набтаал. – Что с тобой?
Казалось, она не слышит его, глядя на проходящих мимо стражников, тащивших мужчину в свободную камеру.
– Шерил! Ты знаешь этого человека? Наконец она отреагировала.
– Даю голову на отсечение, – прошептала она. – Я знаю его очень хорошо, слишком хорошо.
Когда она вновь замолчала, Набтаал слегка встряхнул ее, чтобы привести в чувство.
– Шерил, скажи мне, кто это?
– Макклусски, – она перевела дух. – Это Макклусски, точнее – адмирал флота Макклусски. Он командующий 27 тактическим космическим флотом.
– Ты уверена?
– О, да! Ему я обязана моим небольшим “отпуском” па Луне Хадриана. И только потому, что не придерживалась его плана, не хотела бессмысленно пожертвовать собой и своей командой, – печальная улыбка заиграла на ее губах. – Как ты думаешь, можно когда-нибудь забыть его лицо?
Они видели, как оба верзилы подошли к камере, один открыл зарешеченную дверь, а другой играючи поднял тощего адмирала и мощным пинком препроводил в камеру. Макклусски сильно ударился о стену и рухнул на пол. Надзиратели весело рассмеялись. Они закрыли дверь и вышли из зала, не взглянув ни на одного из заключенных,
– Судя по Макклусски, не похоже, что он понимает, что с ним происходит.
– Вероятно, это последствия допроса, – догадалась Шерил и в тот же момент поняла, до чего глупая мысль пришла ей в голову. Кто осмелится подвергнуть допросу такого высокочтимого сардайкинского флотского адмирала? А с другой стороны, мысль о том, что такого адмирала могут бросить за решетку, тоже еще минуту назад казалась невозможной.
– Нет, это не он, – произнес Набтаал. – Он похож на всех остальных. Разница лишь в том, что он не так долго находится здесь. И еще не так опустился.
