— Мне «Саймона», — заказал человек в замшевом пиджаке.
По едва уловимым интонациям Холман мгновенно составил психологический портрет: решительный, с жестким характером, знает себе цену, не геолог, не коммивояжер — скорее контрабандист или вольный стрелок. Наполнив стопку, Холман отправил ее по стойке. Мужчина остановил стопку коротким резким жестом, словно выхватил бластер.
«Я, как всегда, не ошибся», — удовлетворенно подумал Холман и повернулся к стеллажам с бутылками.
Умение по одной интонации составить психологический портрет — это ли не высшее мастерство психоаналитика. Не глядя на человека, определить его возраст, профессию. По едва уловимым оттенкам вычислить семейное положение, по оборотам речи определить социальный статус. В такие моменты Холман ощущал себя великим сэнсэем.
Звякнул дверной колокольчик. Не поворачиваясь, Холман прикрыл глаза.
— «Кукумбер» с кислородной газировкой, любезный!
«Член экипажа пассажирского челнока. Старший офицер, хотя и молод. Скорее всего, помощник капитана. Опыта мало. В голосе звучат командные нотки с едва уловимой неуверенностью. Не женат».
Холман раскрыл глаза и повернулся. Его лицо расплылось в довольной улыбке — он не ошибся. У стойки стоял молодой мужчина в синей форме с лычками первого помощника. Кольца на пальце не было.
— Ваш «Кукумбер», офицер! — отправляя в путь по стойке бокал с зеленой жидкостью, выкрикнул Холман.
Нет — все — таки хорошая у него работа. Не всякому дано каждый день ощущать себя богом.
Веселье с каждой минутой нарастало. Звенела посуда. Слышался смех. Скоро придут девочки, и вечер продолжится с еще большим размахом. Отличный вечер. Без драки, конечно, вряд ли обойдется — ведь шерифа нет в городе. Но хорошая драка в шахтерском городке погоду не испортит.
К вечеру народу в баре набилось — как сельдей в бочке. Что послужило такой популярности — жаркий день, после которого каждый хотел пополнить запас жидкости в организме, или отсутствие шерифа? Холман едва успевал отправлять по стойке заказы в руки страждущих. Его мозг работал, как пулемет.
— Пива!
«Шахтер», — безошибочно определил Холман.
— Эй, приятель, «Кукумбер» без льда!
«Член экипажа челнока».
— Пива и сухариков.
«Инженер технического отдела Эрго».
— Пива!
«Судя по слабым связкам — геолог. Из — за длительных экспедиций редко общается с людьми».
— «Саймона», приятель!
Рука Холмана автоматом отправила стопку по стойке в направлении заказа. «Это… это… — безупречный интеллект психоаналитика дал сбой. Мысли застряли на одном месте, словно буксующее колесо. Интонации совершенно не вязались с юным девичьим голоском. — Кто же это?»
Холман изогнулся, чтобы рассмотреть за стеной раскрасневшихся лиц особу, попросившую виски. Стопка, совершив длительный путь по стойке, в конце была ловко перехвачена хрупкой девичьей ручкой.
«Вот гадство — несовершеннолетняя!» — Холман, на время прекратив принимать заказы, заспешил к другому концу стойки. Как он мог так ошибиться?! Подобного с ним не случалось еще ни разу.
— Барышня! Барышня! — Холман, наконец, добрался до конца стойки. Хрупкая девушка с короткой мальчишеской прической, в розовой блузке со смешным мышонком посреди едва наметившейся груди подняла на него огромные голубые глаза. Длинные ресницы хлопнули, словно крылья бабочки.
— Несовершеннолетние не обслуживаются, — сообщил Холман. — Верните заказ. — Бармен потянулся за стопкой, но девушка отстранила руку, не дав прикоснуться к своему виски.
— С какой стати. Я заплатила.
Холман не понимал, что происходит. Внутренний голос психоаналитика отказал напрочь. Холман ощутил себя человеком, потерявшим один из органов чувств. Его будто контузило.
— Я не обслуживаю несовершеннолетних, — повторил он машинально.
— Похвально. — Девушка на мгновение задумалась. Холман готов был поклясться, что она сейчас выдует виски залпом и даже не поморщится. Однако его вновь ждал провал.
— Не волнуйся, приятель, это виски для моего дяди, — сказала девушка, снисходительно усмехнувшись.
Выводы психоаналитика разбились вдребезги.
— А что ж твой дядя сам не возьмет себе виски? — вопрос задал Дженкинс. Он протиснулся к стойке между девушкой и типом в замшевом пиджаке. Мастер уже порядком загрузился пивом. Его и без того красное лицо сейчас напоминало спелый помидор. Хитрый прищур скрыл глаза, а физиономия расплылась в глумливой улыбке. — Или он считает тебя уже достаточно взрослой?
Из — за стойки Холман не разглядел, что сделал Дженкинс, но по довольному выражению лица сообразил, что тот ущипнул девушку за ягодицу. Последовавшая реакция совершенно не вписывалась в стандарты поведения девушек в подобной ситуации и уж точно не была той, на которую рассчитывал мастер.
Девушка повернулась к Дженкинсу и сурово посмотрела ему в глаза.
