Мысли Фарра забрели уже на беспокойную территорию, и появление девушки его испугало. Он смотрел на нее, и ни единый мускул на его лице не шевелился. Прошло пять, десять секунд.
Она заставила себя рассмеяться и поежилась в кресле.
— Ты выглядишь так, будто таскаешь в голове все беды мира.
Фарр осторожно поставил пиво на стол.
— Я пытаюсь выбрать лошадь, — сказал он.
— В такой духоте? — Воткнув в рот сигарету, она вытянула губы. — Дай-ка огоньку!
Фарр зажег сигарету, рассматривая девушку из-под век, обдумывая каждую деталь ее внешности, стараясь поймать на фальши, на нетипичной реакции. Он не заметил, как она вошла, и не видел, чтобы где-нибудь на столе оставался ее недопитый бокал.
— Со мной можно разговаривать за выпивкой, — беззаботно сказала она.
— А что будет после того, как я куплю тебе выпивку?
Она смотрела в сторону, избегая встретиться с ним глазами.
— Я думаю... Я думаю, это тебе решать.
В еще более резких терминах Фарр осведомился у нее — сколько. Она покраснела, все еще глядя в противоположную стену бара, затем заволновалась:
— Я думаю, ты ошибся. Или я ошиблась... Я думала, ты будешь так добр — поставишь выпивку...
Фарр спросил:
— Ты работаешь на бар? На должности?
— Конечно, — ответила она чуть ли не агрессивно. — Это отличный способ провести вечер. Иногда встречаешь хорошего парня... Что у тебя с головой? — Она подалась вперед, вглядываясь — Кто-нибудь стукнул?
— Если я расскажу тебе, где раздобыл этот шрам, — сказал Фарр, — ты назовешь меня лгуном.
— Валяй, попытайся.
— Некоторые люди на мне помешались. Они подвели меня к дереву и втолкнули внутрь Я падал в корень две или три сотни футов. А по пути расцарапал голову.
Девушка смотрела на него искоса, губы ее растянулись в кривую улыбку.
— А на дне ты повстречал маленьких розовых человечков с зелеными фонариками. И большого белого пушистого кролика.
— Я же тебе говорил! — сказал Фарр.
Она наклонилась к его виску.
— Тебе идут длинные серые волосы.
— Я их надеюсь сохранить, — сказал Фарр, убирая голову.
— Успокойся, — она холодно смотрела на него. — Ты что, очень спешишь? Или я должна рассказать тебе историю своей жизни?
— Одну минуту, — сказал Фарр. Он встал и направился к бару. Он указал бармену.
— Блондинка за моим столом, видите ее?
Бармен взглянул.
— И что?
— Она часто здесь болтается?
— Впервые в жизни вижу.
— А разве она не работает у вас на должности?
— Брат, я же тебе сказал. Я вижу ее впервые в жизни.
Фарр вернулся к столу. Девушка молчала и барабанила пальцами по столу. Фарр пристально посмотрел на нее.
— Ну? — буркнула она.
— На кого ты работаешь?
— Я тебе сказала.
— Кто тебя ко мне подослал?
— Не говори ерунды. — Она попыталась подняться. Фарр схватил ее за запястья.
— Пусти! Я закричу!
— Очень надеюсь, — сказал Фарр. — Я бы хотел увидеть кого-нибудь из полиции. Сиди тихо, или я сам их позову.
Она медленно опустилась в кресло, затем подалась к нему, подняв лицо вверх и обвив ладони вокруг его шеи.
— Я так одинока! Честное слово. Я вчера приехала из Сиэттла, не знаю здесь ни души. Поэтому не будь со мной таким... мы могли бы так понравиться друг другу... Правда?
Фарр ухмыльнулся.
— Сначала поговорим, а потом будем нравиться.
Что-то ранило его, что-то сзади, на шее, где касались ее пальцы. Он моргнул и схватил ее за руки. Она вскочила, вырвалась, глаза ее светились радостью.
— А теперь, что ты теперь будешь делать?
Он рванулся к ней; она отпрянула, лицо ее стало озорным. Глаза Фарра наполнились слезами, в суставах появилась слабость. Он зашатался, столик опрокинулся. Бармен взревел и выскочил из-за стойки. Фарр сделал два неверных шага вслед девушке, которая спокойно направилась к выходу. Бармен загородил ей дорогу.
— Одну минуту!
В ушах крик. Фарр услышал, как девушка чопорно произнесла:
— Пропустите меня! Он пьян. Он оскорбил меня... каких только гадостей не наговорил.
Бармен смотрел свирепо и нерешительно.
— Что-то непонятное здесь происходит.
— Тем более — не впутывайте меня в эту историю!
Колени Фарра подогнулись; сухой комок заполнил горло, рот. Он чувствовал вокруг движение, чувствовал осторожные ладони на теле, и слышал очень громкий голос бармена: «В чем дело, Джек? Что случилось?» Разум Фарра был уже не здесь, а за оградой из переплетенных стеклянных ветвей. Голос рвался из горла:
— Вызовите Пенче... Вызовите К.Пенче...
— К.Пенче, — произнес кто-то тихо. — Парень спятил.
— К.Пенче... — бормотал Фарр. — Он заплатит... Позовите его, скажите ему — Фарр...
Эйли Фарр умирал. Он погрузился в красный и желтый хаос фигур, они толпились и качались вокруг. Когда движение прекратилось, когда фигуры вытянулись и улетели, когда алые и золотые цвета расплылись и погрузились во тьму, Эйли Фарр, видимо, скончался.
Он видел, как приходит смерть, — словно сумерки вслед закату жизни... Внезапно он почувствовал неуютность, разлад. Яркий взрыв зелени нарушил гармонию красного, розового и голубого...
Эйли Фарр вновь ожил.
Доктор выпрямился и отложил шприц.
— Еще бы чуть-чуть, — сказал он, — и все.
Конвульсии прекратились, Фарра милосердно лишили сознания.
— Кто этот.парень? — спросил патрульный.
