Процесс сыграл Хэвиту на руку. Внимание публики переключилось с космического проекта на его семейные дрязги. Абсолютная победа и последующее «великодушие» восстановили престиж финансиста. А тем временем правительство Соединенных Штатов, оценив возможные преимущества космической экспансии, объявило проект «Надежда Человечества» государственным и вышло так, что щедрый порыв Хэвита обернулся для него прибылью. Впрочем, такое с крупнейшим финансистом Запада случалось уже не впервые.
И вот теперь звездолет возвращается. Неужели все впустую?
Мрачные мысли Эвирайла Хэвита прервал телефонный вызов.
То, что он услышал, не развеяло его печали, но привело в недоумение.
Согласно данным космической службы наблюдения, траектория движения звездолета должна была неминуемо пересечься с траекторией движения Земли. В настоящее время скорость космического корабля составляла около десяти тысяч миль в секунду. Если «Надежда Человечества» врежется в планету, наступит планетарная катастрофа. Правда, по сообщениям наблюдателей, звездолет тормозил. И тормозил так интенсивно, что уровень перегрузок внутри корабля составлял чуть ли не 200 g. Поначалу служба наблюдения сочла это ошибкой: развить подобное ускорение было невозможно даже не потому, что всё внутри корабля: люди и приборы, — превратилось бы в аморфную кашу. Просто такое было не под силу корабельным двигателям.
Хэвит связался с Космической службой, позвонил непосредственно ее начальнику. Если требовалось, Хэвит мог позвонить даже президенту. У него была прямая линия.
— Что там у вас происходит, генерал?
— Хотелось бы мне ответить на этот вопрос, сэр! — последовал ответ. — Этот ваш звездолет не подчиняется законам физики. Похоже, он вообще не подчиняется никаким законам. Если верить нашим детекторам возмущений, его масса в настоящее время составляет около полутора тонн.
— Сколько?!
— Если быть точным — четыре тысячи девяносто шесть фунтов. Ваш автомобиль, мистер Хэвит, весит больше.
— Мне это известно. Каковы ваши выводы?
— Мы работаем, мистер Хэвит. Мы анализируем происходящее.
— Это все, что вы можете сказать, генерал?
— Пока все. К сожалению.
— Когда звездолет будет здесь?
— Где — здесь?
— На Земле, черт побери!
— Надеюсь, никогда. Надеюсь, мы сумеем перехватить его на подходе.
— А если не сумеете?
— Тогда, боюсь, нам придется его уничтожить…
— Вы спятили! — зарычал Хэвит и швырнул трубку.
Он не услышал, как генерал добавил:
— … Если сумеем.
Звездолет пересек орбиту Земли утром следующего дня. К этому времени скорость его значительно снизилась, но детекторы массы и излучений по–прежнему показывали нечто невероятное. Все попытки связаться с экипажем звездолета, как и следовало ожидать, провалились.
За прошедшие сутки Хэвит не раз связывался и с начальником космической службы, и с командующим, и с президентом. Он разговаривал даже с тремя президентами, поскольку и Россия, и Китай тоже выразили обеспокоенность происходящим.
Главному «астронавту» США Хэвит сказал так:
— Я хочу, чтобы вы проникли внутрь корабля. Я оплачу все необходимые затраты. Выясните, что там происходит, и если окажется, что экипаж уцелел, дайте мне знать немедленно.
Он не думал о возможном риске. Хэвит был безжалостным человеком. Ему казалось, что в этом особом случае в истории человечества любые средства хороши.
— Я вылетаю к вам! — заявил он. — Буду через час.
Через час Хэвит уже наблюдал на экране генерального штаба космических сил США, как аварийная команда пытается проникнуть внутрь звездолета.
Они высадились на его поверхности, закрепились и теперь пытались проникнуть в один из шлюзов.
Пока результат был нулевым. А звездолет тем временем продолжал движение. Но двигался он так, словно притяжения планеты для него не существовало.
— Найдите аварийный люк! — заявил Хэвит, когда стало ясно, что вскрыть шлюз не удается. — У него поворотный механизм. Попробуйте провернуть его вручную, хотя бы с помощью магнитной присоски.
— Идея хорошая, но мы не успеем ее осуществить, — ответил командовавший работами лейтенант Мэрдонал: — Мы снижаемся со скоростью до девяти миль за шестьдесят–восемьдесят минут. При таком режиме мы столкнемся с поверхностью Земли через десять часов.
— В таком случае убирайтесь оттуда и продолжим на Земле! — распорядился Хэвит.
Корабль вошел в атмосферу Земли через четыре часа. Хэвит в это время спал.
Спал Хэвит плохо. Ему снилось, что он пытается взобраться на корпус своего корабля, но поверхность ужасно скользкая, и он все время съезжает вниз.
Неожиданно он проснулся и увидел, что прошло уже более пяти часов. Хэвит начал одеваться, одновременно набирая код связи с центром безопасности.
— Свяжите меня с аварийной группой, — потребовал он. — С лейтенантом Мердоналом.
Его соединили немедленно. Начальник группы выглядел уставшим и возбужденным одновременно.
— Мои ребята на броне звездолета, сэр! — доложил он. — Эта махина спускается, словно воздушный шар. Советую вам взглянуть!
Хэвит включил видеоэкран и тут же получил изображение.
Громадный звездолет плыл километрах в десяти над землей.
— Как ваши успехи? — спросил Хэвит.
