— Ну не вечно же мне быть такой кракозяброй? — произнес он, — А моих знаний и знаний из базы корабля для создания полноценного тела не хватит, я все же боевой офицер, а не генетик и биолог.
Наши переговоры завершились только часов через десять. Тварь сказала нам возвращаться в системе со станцией союза и перебраться на мой корабль. Сам он прибудет через дней десять-пятнадцать.
Ему следовало завершить некоторые проекты которыми он был занят в текущее время. После этого он сможет выделить пару месяцев для помощи в поисках следова пропажи. Тем более оба места пропажи находятся сейчас в одном месте и мой корабль и станция.
После отстыковки мы рассчитали новый прыжок и разогнавшись прыгнули в сторону станции. Нам следовало сделать три промежуточные остановки прежде чем корабль сможет добраться до системы.
Также тварь пообещала уладить все вопросы с моим похищением корабля. Она сказала, что корабль можно будет провести как подарок при контакте двух цивилизаций. В качестве ответного посоветовал он посоветовал дать нейросети первого поколения.
Для местных меклан это будет великое открытие которое позволит им ускорить свое развитие технологии в несколько десятков раз. Да и повторить без помощи твари они смогут их только лет через пять. А то лишь к сотне лет местные меклане успевают выучить достаточно для того чтобы заниматься развитие науки.
А если учесть, что живут они только до трехсот, то не так уж и много времени у них остается на развитие. Для меня такой обмен был бы выгодным, даже если они быстро смогут восстановить технологию нейросетей первого поколения, что маловероятно, то все равно те весьма сильно отличается от второго, и даже если они захотят им придется минимум пару десятилетий пытаться достичь уровня второго поколения.
Все таки когда Содружество создавало три сотни лет назад первое поколение нейросетей они были уже более развитым государством. Помимо этого размеры Содружества в те времена были уже в десятки раз больше чем весь Союз Трех, там было кому заниматься исследованиями.
На борту моего корвета по давней традиции ордена было почти тысяча нейросетей первого и второго ранга. Они предназначались на случай если придется набирать экипаж из каких-то дикарей в случае какого-то происшествия.
Полет обратно затянулся на девять с половиной дней. Почти все время мне приходилось прятаться в отсеке с вычислительным блоком. Атами видимо поставило себе цель вывести меня из себя, чтобы я ее прибил.
Стоило мне без невидимости появится в других частях корабля как уже через пару минут там появлялась эта девушка-беда и начинала приставать ко мне с требованиями объяснить тот или иной момент. Мне это надоело и в предпоследний день я решил поговорить с девушкой откровенно.
— Ты ведь понимаешь, что уже послезавтра мы прощаемся навсегда и ты меня больше никогда не увидишь. — произнес я.
— Я могу последовать за вами, Учитель, — произнесла она.
— Ты военнослужащий другого государства, ты обязана остаться на службе. Или твои убеждения ничего не значат и ты готова их предать? — спросил я у нее давя на больное.
— Я, я могу уволится, — произнесла Атами, — Да я могу уволится, мой трастовый счет позволяет выплатить неустойку академии.
— Нет, еще раз нет. — ответил я, — Ты инопланетянка, тебе не комфортно будет среди другого вида.
— Это не важно, зато когда я обучусь у вас я стану самым известным капитаном всего Союза, — произнесла она.
— Значит это все ради славы, — произнес я прекрасно понимая, что это не так, но мне надо было найти повод, — Тогда точно нет.
— Учитель, нет, я не правильно сказала, — испуганно забормотала Атами.
— Не важно, — произнес я, — Завтра последний день когда ты меня увидишь. Рекомендую тебе забыть меня и сосредоточится на учебе. Ты можешь стать хорошим капитаном, но не сейчас, а в будущем, — и уже едва слышно добавил, — сильно отдаленном будущем.
После этого я активировал невидимость и исчез из восприятия Атами. Та осмотрев помещение и не заметив меня начала накручивать себя и вскоре не выдержала и заплакала.
Женские слезы страшное оружие, я едва не начал ее успокаивать. Нет не стоит делать эту глупость. А то ведь тогда точно увяжется за мной, а для нее это явно будет плохим вариантом.
— Зря ты девочку обидел, — произнес Роуди когда мы вновь оказались за бутылочкой вина, правда уже синтезированной в моем челноке так как натуральное закончилось. — Она была искренняя.
— Думаешь, я не знаю? — спросил я у него, — Это было понятно сразу, но ты ведь понимаешь, что я не могу ее взять с собой. В таком случае сомневаюсь, что она когда-то вернется домой, я не хочу лишать дома ее.
— А ей нужен этот дом? — спросил Роуди, — Все что она там слышала это презрение и упреки в умственной неполноценности. Вот полюбуйся письмо от ее матери, — произнес Роуди и вывел на экране письмо.
