- Продолжайте! - крикнул Барс. Дверь закрылась.
- Ушел, - произнесла Дженнифер, опускаясь на кровать рядом с Рамом.
- Ты действительно готова танцевать на столе? - улыбаясь, спросил Митревски. Его ладонь нежно скользила по пушистым волосам девушки.
- Голова кругом пошла, - тихонько прошептала Дженни, ласкаясь к нему. Это все ЗвеН. Что делать бедной женщине среди таких чудовищ, как вы?
- Поцелуй меня...
Она соскользнула с кровати на пол, опустилась на колени, нежно прикасаясь к его разбитым губам:
- Пусть скорее заживают. Скорее... скорее... скорее...
- Ты у меня самая лучшая.
- Рам, милый. - От нежности у Дженни перехватило дыхание, две слезинки поползли по ее щекам. Митревски потянулся, поймал их губами, попробовал на вкус. Ну да, он помнил это, помнил все время, с того самого дня на Лауре. В регенераторе, когда электрические импульсы безжалостно прошивали остатки его тела, когда душа готова была оторваться от сожженной, полумертвой оболочки, он помнил этот поцелуй и соленую горечь на губах. Память дала ему силы не умереть, выдержать, не сойти с ума, потому что Дженни ждала. Он чувствовал.
Только на Лауре у ее слез был вкус горечи и несбывшихся надежд, а сейчас... сейчас - он еще не знал точно, но это было что-то другое...
Едва заметно дрогнул огромный крейсер, выходя на траекторию старта. В седьмом секторе контроля дела были закончены. Впереди ждала оперативная база. Дженнифер бережно подняла голову Рама, аккуратно повернула его лицом к экрану. Там, на громадном мониторе, была Тенета, сбрасывавшая покровы ночного мрака. Наступало утро. Звезда выскальзывала откуда-то сзади, освещая все большую и большую часть планеты. Яркие отблески лучей упали на лица Рама и Дженни.
- Любимый мой, - нежно прошептала девушка, целуя припухшие губы. Может, это и есть то самое утро?
- Какое утро? - не понял Митревски, мечтавший как можно скорее покинуть госпиталь.
- Помнишь, там, на Лауре, ты сказал: "Может быть, в другой жизни..." Помнишь? И вот оно пришло. Утро другой жизни. Нашей.
