Звёздный огонь полностью

Тугой клубок лишь несведущему мог показаться беспорядочным переплетением веревок, а Умберто видел в нем мысль, идею, чей-то замысел… загадку! А всякая загадка требовала, чтобы её разрешили, поэтому моряк, не теряя времени, взялся за работу.

«Нет такого узла, который я не сумел бы развязать!» – когда-то похвалялся он перед капитаном «Невесты ветра», набивая себе цену. Крейн слушал молодого нахала, посмеиваясь; как теперь было известно Умберто, феникс набирал команду, руководствуясь вовсе не особыми умениями претендентов, а чем-то иным. «Ремеслу можно научить, – сказал он однажды. – Но если у человека душа гнилая, как старая половица, которая даже на растопку не пойдет, то с этим уже ничего не поделаешь». Впрочем, таланты своего помощника Крейн ценил и никогда не упускал случая ими воспользоваться.

Умберто по локоть запустил обе руки в гигантский узел, пытаясь нащупать его сердце, как вдруг веревки начали шевелиться. Испугавшись, он отскочил в сторону, но не тут-то было: веревки плотно обхватили его запястья и натянулись, не давая вырваться на свободу.

«Нет, так не пойдет! – подумал он. – Мне не нравится такая бестолковая смерть!»

Страх исчез, но это мало помогло: вскоре Умберто безнадежно запутался в огромной паутине, повис на веревках, одна из которых стягивала его шею и… да, ему не показалось. Узел становился всё туже и туже. «Трепыхайся, муха! – прохрипел моряк. – Скоро придет паук!» Стоило об этом подумать, как паутина начала раскачиваться, как будто по ней пробиралось что-то очень тяжелое – всё ближе, ближе…

… – Искусай меня медуза!

Свалившись с койки, Умберто так сильно ударился головой, что на некоторое время у него потемнело в глазах. Но глаза были вовсе не нужны для того, чтобы почувствовать, как странно начала раскачиваться «Невеста ветра»: палуба ходила ходуном, двигаясь то вверх-вниз, то из стороны в сторону, а потом произошло нечто и вовсе удивительное.

Фрегат завертелся вокруг своей оси.

Умберто с трудом поднялся, держась за койку одной рукой, а другой ощупывая шишку на затылке. Он не понимал, что происходит: на любом другом корабле подобное означало бы водокрут и верную смерть, но «Невеста» уже не раз с честью выдерживала и более серьезные испытания. Отчего Крейн не заставит её нырнуть? «Уж не решил ли наш капитан немного поиграть со смертью перед тем, как обмануть её в очередной раз? – подумал моряк, ощущая странное раздражение. – Если так, то он свихнулся окончательно!» Бормоча себе под нос ругательства и становясь всё злее, он направился к Крейну – путь оказался весьма нелегким, поскольку «Невеста ветра» продолжала кружиться, как будто танцевала джейгу рука об руку с Великим штормом.

– Кристобаль, что за… – начал он, ввалившись в капитанскую каюту без стука, и еле успел придержать крепкое словцо: рядом с Крейном была целительница. Здесь же оказался и Джа-Джинни; оба они, судя по всему, опередили Умберто лишь на мгновение и теперь растерянно стояли перед капитаном. – Что происходит, кракен меня раздери? Не водокрут, не глубинный ужас или какая-нибудь другая тварь – но мы вертимся!?

– Скоро всё закончится, – тусклым голосом проговорил магус. Он сидел за столом, устремив перед собой безучастный взгляд, и как будто не ощущал суматохи, охватившей корабль.

– Скоро? – язвительно переспросил Умберто. – Слушай, если у тебя закружилась голова, то попроси Эсме, она поможет!

– Умберто! – Щеки целительницы вспыхнули, она с негодованием сжала кулаки. – Следи за языком!