Звёздный огонь полностью

Она не спросила, куда и зачем. Странный союзник – надолго ли пересеклись их пути? – двигался бесшумно, словно был не человеком, а тенью… впрочем, был ли он на самом деле человеком? Ризель удивленно покачала головой, наблюдая, как Паоло открывает тяжелую дверь камеры: она знала, для этого даже Кадзи – самому сильному из подручных Берто – приходится попотеть. Паоло с этой задачей справился легко – откуда только взялась такая сила в его щуплом теле?

…ах, да – у него был ключ. Ризель восприняла это как нечто само собой разумеющееся.

Феникс поднял голову.

– Кто здесь?

– Всего лиш-ш-шь я, – сказал Паоло и двинулся вперед. Шел он как-то странно – обходя узника по широкой дуге, словно боясь к нему приближаться. – Точнее, мы. Я и Её Выс-с-сочество Ризель.

– Маленький нахал… – проговорил Фейра, в точности выразив мысль самой принцессы. – Я попросил бы тебя опустить цепи, но они жутко шумят. Эта трусливая мразь Берто не видит дальше собственного носа, но на грохот обязательно прибежит.

– Верное умозаключение, – кивнул Паоло, остановившись примерно в пяти шагах от узника. – Поэтому тебе придется потерпеть.

– Да. Но не мог бы ты хотя бы на время снять эту дурацкую повязку?

Паоло рассмеялся – его тихий шелестящий смех отчасти напоминал змеиное шипение, – и взглянул на Ризель своими желтыми глазами, вновь с легкостью делая то, что никак не удавалось самому Капитану-Императору – разрушая её силу воли.

– Забыл… – проронил Феникс. – Совсем забыл, что ты не можешь ко мне приближаться.

Ризель подошла, осторожно ступая по грязному полу, протянула руки – пришлось встать на цыпочки, потому что Фейра был намного выше ростом, – и развязала узел у него на затылке. «Он сейчас отомстит мне за свою семью… – мелькнула тусклая мысль. – За разоренное гнездо Феникса, за мученичество брата… за всё. И будет прав».

Ей не было страшно.

Прозревший Кристобаль Фейра с изумлением посмотрел на дочь Капитана-Императора, и она, смущенно потупившись, шагнула назад. Стоять рядом с ним было жарко, а от взгляда разноцветных глаз с огненными зрачками и вовсе делалось не по себе.

Она мечтала о встрече…

Она хотела, чтобы этот пират стал её союзником…

Она даже доверила Хагену одну из самых страшных тайн Аматейна…

– Благодарю, – сказал он тоном, не оставлявшим сомнений в искренности. – Ваш совет пришел вовремя, а уж посланник оказался просто сокровищем. Без него я сейчас был бы не здесь, а у Великого шторма.

Ризель не сразу почувствовала двусмысленность последней фразы.

– Меня следует не благодарить, а проклинать, – проговорила она. – Ваши нынешние мучения на моей совести…

– Мучения? – переспросил Феникс с улыбкой. «О-о! – подумала принцесса. – От этой улыбки расплавилось, наверное, не одно сердце!» – Мучения терпел мой брат, которого лишили связи с кораблем, разорвав обоим души на лохмотья. Потом ему выжгли глаза и отрубили руки… но вы же всё и так знаете, госпожа? Вот это были истинные страдания, а я… – Он пошевелился, заставив цепи зазвенеть. – Я так, развлекаюсь.

Ризель почувствовала: от неё буквально только что ускользнула какая-то важная деталь – мелочь, пустяк, случайно оброненное слово, которое позволило бы понять если не всё, то многое. Он был прав, этот скованный и всеми брошенный узник: сорок лет назад Бастиану Фейре пришлось вытерпеть куда более страшные вещи, и он действительно терпел, чтобы потом взойти на эшафот и рассыпаться пеплом на глазах у изумленной толпы. Сама Ризель этого не видела – она тогда ещё не родилась, – но слышала немало рассказов, в которых пугающей правды было больше, чем безобидного вымысла.

– Так Капитан-Император прав? – спросила она, переводя взгляд с Фейры на загадочного Паоло и обратно. – Это какой-то хитрый план? Одна из знаменитых безумных выходок капитана Кристобаля Крейна?

– Крейна больше нет, – ответил феникс. – А Кристобаль Фейра действует напролом и не умеет предсказывать будущее, поскольку для огня будущего просто не существует. Всё, что вы видите – правда. Я здесь, я в цепях, лишен друзей и связи с «Невестой ветра», которая ныне подчиняется другому…

– А как же Паоло?

– Паоло… – повторил Фейра с тяжелым вздохом. – Помощник, который даже приблизиться ко мне не может. Это долгая история, Ваше Высочество, и пусть он сам всё расскажет… если захочет.

Юноша в черном смотрел на феникса так, будто хотел сжечь его взглядом.

– Но вы не сломлены, – подытожила Ризель. – Иначе всё можно было бы закончить прямо сейчас, превратившись в кучку пепла? Для этого, как я поняла, не нужны ни глаза, ни руки.

Он кивнул.

– Моя семья, которой больше нет, называла это красиво – «последняя услуга иного пламени». То, о чем я никогда не попрошу.

– Зачем же тогда… всё это?! – спросила принцесса, перестав притворяться, будто что-то понимает. Ответил ей не Фейра, а Паоло: