И я начинаю ей рассказывать, как неожиданно для себя – оказался хрен знает где, хрен знает зачем. А хуже всего, что сразу же угодил в такой зубодробительный заворот, что от меня – почти ничего не осталось. Стал жаловаться, как мне всё это надоело, как я соскучился по простой тихой жизни, по нашему уютному дому, соскучился по тихим семейным вечерам с мелкими и простыми семейными заботами. Начинаю ей высказывать, не стесняясь в выражениях – взрослая уже, вон какие себе признаки отрастила, хм… Так вот, высказываю, где и в каком виде я видел все эти Содружества, империи, союзы диких и вольных, всех этих деятелей с их помыслами и замыслами, их планами и устремлениями.
Дочка слушала меня, пылая синевой своих глаз. А потом неожиданно говорит:
– А давай – споём!
– А давай! – махнул рукой я. И верно – расканючился тут, как дитя малое. – А что?
– Твоего любимого. Давай – «Кукушку»! – просит дочь, подбирая под себя ноги, как любила… любит её мать, одергивая сарафан, укрывая им свои круглые, по-детски ещё, коленки.
Улыбаюсь от умиления, запевая:
– Песен ещё не написанных сколько, скажи, кукушка?
А дочь, улыбнувшись, пропела чистым и звонким голосом:
– Пропой!
Удивился, но продолжил:
– В городе мне жить или на выселках? Камнем лежать или гореть…
– Звездой! – поёт дочь.
– Солнце моё, взгляни на меня! Моя ладонь превратилась в кулак! И если есть порох – дай и огня!
– Вот так! – тихо поёт дочь, кивая. – Вот так!
И громко, с неожиданной для меня силой и энергией запела так, что моя спина пошла волнами мурашей:
И со звоном её голоса – растаяла моя уютная квартира. Опять я оказался в утлой консервной банке, обжатой со всех сторон плотным, как бетон, вакуумом. И лишь впечатление – пузырится в душе.
– Как ты? – тихо спросил друг.
– В строю! – отвечаю я ему.
– Может, помашем руками? – предлагает Ваня. – Всё одно ничего не работает.
Я – киваю, вставая. Верно, доча! Гореть звездой! В бою! Лишь сильные и смелые – останутся в светлой памяти. Им и идти по следу одинокому. Вот так!
– Да, брат? – спрашиваю я Ваню.
И кланяюсь, как каратист-выпендрёжник. Вот и звёзды. В глазах. Верно, бой – всегда без правил. Всегда – вопреки. И всегда – чересчур. За пределами твоих возможностей. Только так – останешься в строю. Вот так!
Даже в дружеском спарринге – до крови, до лопнувших черных кровоподтёков, до разошедшихся рубцов. До предела! За грань! Когда боль – выжигает всё лишнее. И как сказал тот примарх: «И это прекрасно!» Вот так! Как-то так.
Выход в реальное пространство было шокирующим. Оказалось, что эти двое… недоумков не только забыли напомнить, что у них совсем не осталось никакого нейроинтерфейса, из-за чего система их просто игнорировала, как несуществующих, и они провели весь переход не только бодрствующими, так ещё и без поддержки защитных медицинских препаратов. И как будто этого мало – они ещё и передрались между собой! Отделав друг друга как злейший враг не изобьёт. Но, видимо, успели помириться – потому что улыбались разбитыми в котлеты губами и сверкающими глазами, сквозь опухоль вокруг этих самых глаз.
Звёздный Пёс только вздохнул и покачал головой. Безумцы!
Безумцы! Все! Все до одного поведенческие прогнозы по этим двоим – неизменно отправлялись в утиль. Все. До единого. Даже провидец несколько раз разводил руками. Куда уж офицерам разведки флота Содружества? Может, поэтому Верж самоустранился от игры? Фактически.
Меж тем ожили обзорные экраны, пошла телеметрия. И стало не до особенностей поведения чуждых этому миру особей. «Вестник» восстановил соединение с кораблями отряда Департамента дальней разведки Службы пограничного контроля Содружества, соединяя вычислительные и сканирующие мощности кораблей в единую сеть.
К сожалению, оборудование обнаружения тонких излучений изотопа, которыми были пропитаны Вадим и его самка, осталось на «призраке». И оператор – погиб.
– Там! – заявил Ван Бол, подлетая к стойке управления и пытаясь вручную оперировать сканирующим оборудованием.
– Откуда знаешь? – спросил Звёздный Пёс.
– Там – моё! – безапелляционно заявил клон Основателя.
Все три члена экипажа подняли свои пилотские шлемы, переводя удивлённые взгляды с Ван Бола на Звёздного Пса. Они ещё не знают. А вот Звёздный Пёс не только слышал уже эту фразу, но и имел возможность убедиться, что это не пустая похвальба. Потому он взял на себя управление сканерами, перенаправив работу искина радара на сканирование указанного сектора.
– Цель наблюдаю! – доложил оператор «Вестника». – Опознаю сигнатуру искомого объекта. Да что такое?! Прошу прощения! Неизвестные помехи.
