— Ясно. — одним прыжком Зеленая оказалась на плечах у Анасдеи, положила лапку ей на горло, и выпустила когти. Хорошие такие, без труда способные не только разорвать артерию человеку, но и нафиг снести бестолковку с плеч. Знаю, сам видел. — Заканчивайте!
Судя по округлившимся глазам эльфитки, ей стало кристально ясно, что будет, если она решит продолжить бой. Для неё уже просто ничего не будет. И Вадика мои милые котики просто сожрут, несмотря на все их показное благодушие. Ибо враг навсегда остается врагом — как пела одна певица на Земле. За спиной врагов не оставляют.
Но вот я, как оказалось, плохо знал урожденную Ильтазар. Вместо того, чтобы признать поражение и умолять о прощении, она гордо вскинула подбородок, натягивая кожу на шее, и произнесла.
— Ты победил. Теперь ты должен меня убить!
И глаза опять такие пустые — после минутного всплеска эмоций.
Да сука, что же делать⁈ Особенно теперь, когда я узнал её главный козырь и выложил перед ней свой. Стуний очень доходчиво объяснил, что фамильяры — моя и любого другого шамана
Год 1139 от начала Экспансии
Планета Элитея, столица Ста Миров
— Кер, будь другом, отформатируй данные с накопителей камер наблюдения. — медленно произнес я, не отрывая взгляда от поехавшей Ильтазар. — В этом помещении и по всему пути нашего следования.
То, что на подземном уровне они были, я не сомневался. Скорее всего с простейшим алгоритмом сработки на движение или нештатную ситуацию типа пожара или прорыва труб. И нет, меня они совершенно не беспокоили. До того момента, как Анасдея попросила ее убить.
— Эм… хорошо, — протянул Синий. — А зачем?
— Ори, ты чего задумал? — тут же сделала, как ей казалось, очевидный вывод, Зеленая, моментально переключаясь из образа кошки-убийцы во всеобщую мамочку.
Даже Лис, который, как выяснилось, вылитый Вадик, почуяв напряжение других Зверей Потока, еще сильнее вжался в стену, куда его загнали мои фамильяры.
— То, что просит подмастерье Анасдея Ильтазар! — вслух, чтобы и соученица услышала, произнес я. После чего, только для своих, добавил. — Верьте мне. Я знаю, что делаю.
Аня, услышав приговор, гордо вскинула голову. Ни дать ни взять — партизан в плену у фашистов. Зоя, блин, Космодемьянская!
— Только быстро! — лишь попросила она.
— Ага. Но сперва мне придется убить твоего Зверя, Анасдея.
— Нет!
— Что⁈ — в один голос воскликнули фамильяры. Громче всех, кстати, Ло. Кажется, Оранжевая подружилась с Вадиком.
— Кер, камеры? — не обращая внимания на возникший гвалт уточнил я.
— Да сделал я, сделал! — Синий как-то быстро вернулся. — Слушай, Ори, ты же несерьезно!
— Так нельзя! — тут же поддержала товарища Ло.
— Ребят, ну вы хоть дурака не включайте! Никто не собирается убивать вашего Вадика. Просто одной поехавшей надо мозги на место поставить. И, если несложно, нагоните на Лиса жути. Чтобы Аня видела и чувствовала его страх. Можете?
Удовлетворившись моим ответом, коты стали с трех сторон наступать на Лиса. Отчего тот совсем запаниковал, но хозяйку все же не бросил, и не сбежал.
— Видишь ли, Анасдея, — тем временем стараясь говорить жестко сказал я. — Ты вынуждаешь меня убить тебя, потому, что так написано в твоем Кодексе. Допустим, я сделаю это. Но как мне потом разбираться с твоим Зверем? Он ведь может захотеть отомстить за смерть своего человека.
— Я прикажу ему этого не делать! — на глазах девочки выступили слезы. — Только не убивай его!
Вот теперь, как говаривали испанцы в моей прошлой жизни, после того, как в крови появился огонь, с человеком можно и разговаривать. А то снулая рыба какая-то с водой в жилах!
— Слова. Я не могу рисковать и жить в ожидании удара. Поэтому…
— Коррен, прошу! Пожалуйста!
— Аня, я вообще предпочел бы никого не убивать, но ты загнала меня в эту ловушку и не оставила выхода. — я максимально холодно посмотрел на девочку, потом сделал вид, что задумался, и уточнил. — Или он все-таки есть? Что говорит Кодекс?
В глазах девочки, в которых секунду назад плескалась паника, появилась напряженная работа мысли. Думала она, впрочем, недолго.
— В Кодексе четко сказано, что победитель должен забрать жизнь побежденного…
Вот, блин, дурында! В моей версии, которую я скачал из здешней библиотеки, ничего похожего даже не было. Скорее всего, Анасдея, как прямой потомок легендарного Путеводителя, имела доступ к семейному архиву и читала его черновые заметки. Которые тот — мать его первопредка! — скорее всего скомпилировал из кучи прочих документов.
Ну, как это обычно делается? Садится ученый муж за работу, чтобы создать нетленный труд, который проживет сотни лет, и сможет наставит на путь истинный поколения идущих следом. Что он сделает первым же делом? Правильно, убедится, что подобное никто прежде не делал, а то ведь неловко получится. И для этого ему понадобится прочитать и как-то осмыслить схожие работы.
