Было довольно неожиданно видеть, как Терра, Сервантес и Полночь переглянулись друг с другом. И едва заметно покачали головами. У каждого из ребят явно имелась своя история про то, как «хорошо» живется под крылом Большого клана. Я доподлинно знал только одну — Идальго. Тот мне ее разболтал, когда возмущался: ты, дескать, всю жизнь мне испортил.
Предки у него действительно оказались теми еще отморозками. Запретили возвращаться на родную планету, подозревая, что после моего исцеления у него в мозгах остались ментальные закладки, которые я поставил, используя ведьминские техники.
Чем была недовольна в своей семье Наташа пока оставалось неизвестным. А вот тезка из Терра вдруг решил рассказать о своих трениях с родственниками. Видно, наболело уж очень — и доверие к нам, одногруппникам, некоторое появилось.
— У нас очень болезненно относятся к чистоте генетической линии, — вдруг произнес он, глядя в стол. — А у меня родители из двух разных кланов. Мама из Терра, а отец из Макира.
Я удивленно повернулся к Коррену. Все остальные тоже. Вот это заявочка.
— И что? — через некоторое время осторожно спросила Косыгина. Похоже, она лучше всех поняла суть проблемы. На ее лице даже сочувственное выражение появилось.
— Да ничего, — пожал плечами тезка. — Старшие в семье разозлились, родители пошли против их воли. Когда я родился, они спрятали меня на какой-то глухой планете на окраине обитаемых миров. Я там с дядей жил — единственным родственником, который к браку родителей отнесся нормально. А маму с папой впервые увидел только когда во мне наследственный дар Терра пробудился. Только после этого меня признали, родителям разрешили быть вместе, а меня вернули домой.
Надо же. А Коррен не просто тезка. У него еще и детство схожим было. Но хотя бы с дядей жил, а не оказался брошен один-одинешенек. Это я радуюсь за него, если кто не понял.
— Офигеть!.. — прошептала Дебра, проникнувшись скорее не трудным детством однокурсника, а романтической историей его родителей. — А почему старшие были против?
Сервантес с Полуночью бросили на девочку кинжально-острые взгляды, ты мол, совсем дура, что ли? А я, кстати, тоже причины не понимал. Мало принадлежать к одной из семей Большого клана, нужно было в нем родиться, чтобы разбираться в различных тонкостях.
— И пропитаться всем этим бредом, ага, — хмыкнула Оранжевая.
Тоже верно.
— Клановая техника, — пояснил Коррен, когда все остальные решили отмолчаться. — Считается, что при смешении генетических линий двух веток, например, Терры и Макира, ни один из доминирующих способов взаимодействия с Потоком не получит развития.
Ага. Понятия не имел, что дела обстоят таким образом. То есть, в Больших кланах запрещены браки с конкурентами? Как интересно!
— Именно, — грустно подтвердил Коррен. — Меня вернули домой только тогда, когда проявилась родовая техника. А до этого даже в мою сторону не смотрели. Типа, выбраковка…
— Но вернули же, — как-то не очень уверенно произнесла Наташа.
— Ага. Как мальчика для битья! — невесело улыбнулся Терра. — Со сверстниками сразу не сложилось, постоянные конфликты и обвинения в том, что я не папин сын. Еще и с таким заходом: мол, повезло! Молнии Терры у меня хоть и есть, но слабее, чем у одногодок. Их-то с пеленок учили, а меня только в восемь в клан вернули! И движущиеся щиты Макара я так и не смог воспроизвести.
Зандер с Деброй как-то притихли во время этого разговора. По лицу Душнилы даже проскочило такое выражение, будто ему жаль, что он поднял эту щекотливую тему. Или показалось?
Кунг за значением посмотрел на меня. Он прекрасно знал о наличии последней техники в моем арсенале.
— Могу научить, — сказал я, верно поняв этот взгляд.
Коррен нахмурился.
— Чему?
— Щитам Макира. Не скажу, что это будет просто, но возможно. По сути, это ведь только прием, не более.
— Ты же Ли? — удивился Зандер. — У вас… как там… «стальная безрукавка»? Кстати, что это?
— «Железная рубашка», — поправил я и в качестве демонстрации показал кисть правой руки черной броней, хорошо заметной под налипшими кусочками теста. — Защитный прием, в бою дополняющий щиты и делающий возможным схватку буквально врукопашную. Ну или вот в мирное время — не дающий тесту облепить мои пальцы так, что хрен отмоешь!
— Месить тесто кулаками, — это боевая ситуация, — невозмутимо поправил меня Цзан. — И ты сейчас побеждаешь. Во имя пирожков!
Сидящие в гостиной посмеялись, кроме неуверенно улыбнувшихся новичков.
— Секретным клановым приемом мешать тесто… — пробормотал Зандер, но мы услышали.
Тоже мне, зануда. А головой подумать?
— Как может быть секретным прием, если ты в теории можешь повторить его, просто отследив течение энергии в организме исполняющего? — с иронией спросил его я.
— Издеваешься, да? — обиделся и надулся душнила.
