Чем-то физическая угроза Крылатого напоминала ежедневные ласки моих разноцветных фамильяров: вроде как энергия без материи, а весят как живые! Особенно если заберуться на грудь все в четвером! Особенно смешно было наблюдать за не-шаманами, по какой-то причине возвышенными до звания кошачей подставки: вроде ничего не ощущают, но что-то проскакивает на самой границе восприятия, провоцируя на странные рефлекторные жесты. Рипли, вон, умудрялась гладить Наю! Эх, скучаю по цветным пушистым…
Змей, конечно, постарался меня именно сдавить — да только куда там. «Железная рубашка» не просто защитила меня: чувствовалось, что я еще и побороться могу, если захочу. Только зачем, если заигравшийся «Божественный» сам по своей воле влез в позицию, когда мне легче легкого порезать его своим приемом против Зверей Потока как сосиску к завтраку? Но я и этого делать не стал.
— Уютно так! — я позволил себе умиротворенную улыбку, поводя плечами. — Тепло! И чего тебе пирамида Храма так далась? Сразу бы пришел!
— Еще предложи своим фамильяром стать! — насмешливо распахнул огромную пасть Кель. Правда он почти сразу повернул голову боком, чтобы упереться в меня взглядом немигающего желтого глаза.
— Не представляю, что такого ты должен совершить, чтобы я тебе
— Я — совершить⁈ — будь у Келя материальное тело — подавился бы Змей нафиг. — Это ты так о величайшей чести, что от меня может удостоится смертный⁈
— Если ты можешь только то, что знают о Божественных селяне — ты куда слабее, чем живущие при Академии Звери, — припечатал я. — Может, не по голой силе, но по арсеналу приемов точно. И им для этого не пришлось жрать собратьев и снюхиваться с сектантами.
— Намекаешь на то, что мне с вами, такими чистенькими и правильными, не по пути? — внезапно совершенно успокоился Крылатый. Во всяком случае, так внешне могло показаться.
— Намекаю, что после захвата деревень наши дороги разойдуться, — поправил я. Подождал, пока Кель сам себе кивнет, и тем же голосом добавил. — Мы или захватим корабль, и уберемся с Фортуны, или погибнем, пытаясь это сделать без твоей поддержки. Впрочем, в любом случае через несколько лет очередной шаман-пират прилетит и заново захватит деревни в джунглях, вернув им функцию инкубатора Зверей под фамильяров.
— Сш-ш, пусть попробуют! — отмахнулся кончиком хвоста Божественный.
— И попробуют, и получится, — ухмыльнулся я. — Культы должны защищать люди. Вот тогда ничего у захватчиков не выйдет. Но люди не станут, зачем им это?
— И что же я по-твоему должен сделать, чтобы переломить ситуацию? — голос Змея изменился. Злые и жесткие нотки показывали, что теперь он не настроен играть.
— Сделать культы неотъемлемой частью быта поселений, — пожал плечами я, открывая глаза и заодно вытащив руки из колец змеиного тела. Раз уж разговор добрался до ключевого первого момента — надо это показать. — Причем так, чтобы при этом вытеснить пиратов с рынка сельхозуслуг.
— Не понял, — надо отдать Крылатому должное: сам честно признался.
— Отправить на поля зомби, а армию собрать из живых рабов, — выдал вчерашнюю заготовку я.
— Кажется, мы что-то пропустили? — вслед за угрюмой Шаей в столовой бывшего особняка шаманов-жрецов показался Цзан. Замыкали процессию Джар со своим кроликом и Анасдея. Я опять воспользовался Аней для передачи сообщения остальным: «завтрак готов!»
— Кель не сразу согласился принять наши доводы, — пояснил я причину появления новой порции битого зеркального стекла на полах. Вернее, старый и новый мусор я уже смел в один угол — без метлы, одной телекинетикой, в качестве утренней разминки.
— Но все равно потом согласился? — уточнила Ренфолд. — Хоть одна хорошая новость. Чем ты его переубедил?
— Объяснил, что разум и лучшее владение приемами отрабатывается на регулярном труде во взаимодействии с людьми, а не в идиотских местных зомби-мувах.
— И Кель не стал спорить? — демонстративно поднял бровь Ли.
— Стал. Но после вопроса, кто с ним остался после победы над Клыкарем: сильные или слабые? — задумался.
— Сила — еще не все, — неожиданно наставительно прогудел Ян.
— Кстати, это что такое мы едим? — вдруг встрепенулась наш микростратег. — И откуда оно взялось?
— Родня Казимежа притащила, — рассказал я. — Судя по всему, они там после нашего разговора устроили разборки между влиятельными семьями — и у победителей образовались издержки. Не отравлено, я все проверил. И мясо не человеческое.
— Человечье можно свиньям скормить, — проявил недюжую эрудированность наш «китаец». Никак наследие национальной кухни в клане продолжает сохраняться.
— Свинину даже не предлагали, — успокоил я его.
Удивительно, но спокойно съесть завтрак нам так никто и не помешал. После вчерашних событий Багровые кущи затихли. Впрочем, обольщаться не стоило: Кель позаботился, чтобы на нас в скором времени напали. Так что рассиживаться не получится. Но что смогли себе оторвать — то наше.
