— Второй инцидент с кораблем торговцев живым товаром за неделю, — вроде как ни к кому не обращаясь, задумчиво проговорил Генри. — Нет ли здесь какой-то связи?
Старший диспетчер, только что наливший себе полную чашку бурды, абсолютно незаслуженно именуемой «кофе», едва не опрокинул напиток на себя.
— Твою налево! Опять тебе больше всех надо⁈ Делать нечего, даун гиперактивный? Так я найду!!!
— А можно, наконец, нормально объяснить мне: что не так? — всякому терпению однажды приходит конец. Затевать драку с грязным на язык уродом ведь не обязательно, вернее, вообще не желательно. А вот затаить и подставить в момент чужой слабости — совсем другое дело. Особым интриганом Генри себя не считал, но и наивным теленком уже давно не являлся.
Видно, что-то промелькнуло в его взгляде. Потому что Майлз вдруг запнулся, и уже совсем другим тоном, почти нормальным, сказал.
— Нормально? Хы, нормально… Смешно! Ну, давай развлечемся. Представь, ты на Блошиных рядах купил яблоко. Положил такой в карман, идешь себе… и тут замечаешь, что продавец за тобой шкандыбает! Ты его спрашиваешь: «какого?» А он тебе: «Да вот очень интересно, как мое яблочко у тебя в кармане поживает!» Что сделаешь следующим? Я бы вот такому в морду прописал после такого ответа!
Работорговец посмотрел на контрабандиста одновременно с жалостью и снисхождением.
— Так вот, Генри, заруби себе на носу: если уж ты
Продолжатель династии контрабандистов внезапно для себя понял, что в словах старшего коллеги есть свой смысл. Извращенный, но есть. Кивнул.
— Надо ж, дошло! — нарочито удивился Майлз.
— Но почему… как? — откровение выбило диспетчера от Перевозчиков из колеи. — Это же… ну, важно для всех?
— Дикий ты какой-то, — покачал головой работорговец. — А еще контрабас, ха! Небось нигде кроме планет с центральной властью не жил? Не отвечай, мне похрен. Лучше себе ответь: кто на Дикой Фортуне главный?
— «Черепа Свободы», — Генри опять скосил глаза на спящего пирата. — Они первые нашли эту планету. В смысле, после первопоселенцев, которые тут уже фермерствовали. И у них самая большая военная сила собрана на планете.
— Верно: мои и твои парни не такие боевые, — хмыкнул старший. — А теперь вопрос со звездочкой: кто на Фортуне за все отвечает? Ты не торопись, не торопись. Подумай.
Контрабандисту понадобилась минута.
— Получается… Кто за что взялся, то и отвечает? — ответил он.
— О, — Майлз глянул на подчиненного с некоторым даже уважением. — Не даун, значит. А что так долго скрывал? Так и есть. А за то, за что никто не взялся — никто и не отвечает. Думаешь, Черепам охота тут править? Да плевать они хотели на местных, и на нас с тобой! Просто оказалось удобно сделать перевалочную базу тут же, рядом с пиратским портом. А им оказалось выгодно наше соседство. Ну и что-то приходится и правда вместе делать: вот, трафиком рулить, например. Именно потому нас тут трое: каждый представляет своих. Еще Рынок тоже вскладчину управляется — он всем нужен. Космодромы, обычный и VIP — тоже понятно. А так: инженеры и техники Черепов решили подзаработать: вот и ремонтные услуги, вот и Утилизаторы появились. К ним что мои, что твои — никаким боком. И уж будь уверен: на попытку влезть в их дела пираты в лучшем случаем стучат по морде. А то ведь пристрелят на месте!
Генри против воли передернуло.
— Потому если чокнутый колду… — тут старший диспетчер зацепился взглядом за скаф коллеги и запнулся. — В смысле уважаемый одаренный сказал, что сам попробует вымутить из джунглей тех, кто мог спастись с разбившегося в горах борта — то стоит держать глаза и руки от этого дерьма подальше. Согласен?
— Да, — опустил глаза контрабандист. Подумал, и добавил без всякой скрытой издевки. — Спасибо за науку!
— Будешь неделю мне по первому требованию кофе из чертового автомата добывать! — паскудно осклабился Майлз. Правда, почти сразу его выражение лица сменилось на довольную улыбку. — Вот! Ведь можешь же, когда хочешь!
Дело в том, что контрабандист вытащил из своей сумки стандартный кофейный картридж с натуральным высококачественным содержимым. На самом деле, Генри еще на третий день достал премиальный сублимат по своим каналам. Вот только коллеги сделали все, чтобы атмосфера в «Стекляшке» максимально отдалялась от теплой и дружелюбной, и картридж так и остался лежать в вещах
— За таким нектаром я и сам сбегать в любой момент готов! — испробовав новый состав, блаженно откинулся на спинку кресла работорговец.
А Генри благоразумно прикусил язык и не стал сознаваться, что он успел нарыть по первому крушению благодаря доступу к оборудованию «Стекляшки». Когда никто не знает, чем ты интересовался — не будет и проблем, верно? Ну и аккуратно подчистить за собой следы не помешает, стерев проставленные метки и записки к ним.
