От острова тянулись два длинных мыса, образовав удобную бухту с изрезанными берегами. "Этна" вошла в нее, миновав брошенное судно, терпеливо дрейфующее, недоступное ни течениям, ни ветрам, ни тлену. Его голубой парус был спущен, снасти были как новые. Судно ожидало возвращения домой. Ждало очень долго.
Подойдя к берегу, путешественники увидели другие корабли, которые не сдвинулись с места, не изменились с тех пор, как Хит впервые увидел их три года назад.
Их было немного - тех, кто нашел Драконье Горло, прошел через него, остался в живых в Верхних морях, в лабиринте островов Лунного Огня и добрался до цели.
Некоторые корабли были еще на плаву, хотя команда давно покинула их; грязные паруса этих вечных скитальцев безвольно повисли на реях. Здесь были даже странные плоскодонные суда, каких не существовало на Венере, наверное, уже тысячу лет. Золотой туман сохранил их, и они, как верные псы, ждали возвращения своих хозяев.
Хит подвел "Этну" к берегу в том самом месте, где швартовался когда-то.
По телу судна пробежала мягкая дрожь. Путешественники перелезли через борт. Землянин помнил необычный хруст угольно-черной почвы под ногами. Волна силы, прокатившаяся по жилам, заставила его вздрогнуть. Как и в прошлый раз, она ощущалась на грани боли.
Они молча зашагали в глубь острова. Туман сгустился, наполнился танцующими искорками света. Бухта скрылась за его призрачным занавесом. Они спешили вперед; дорога постепенно шла в гору. Они двигались как во сне; свет и тишина порождали в их душах благоговейный страх.
Неожиданно они натолкнулись на мертвеца. Он лежал лицом вниз, вытянув руки вперед, к тайне, до которой оставалось несколько шагов. Руки все еще тянулись к цели, которой этот человек так и не достиг. Хит со спутниками прошли мимо.
Давящий туман, яркий свет, золотые точки, блики, кружащиеся и мерцающие в безумном танце. Хит прислушивался к голосу боли, говорившему в нем. Этот голос усиливался с каждым шагом, превращаясь в беззвучный вопль.
"Я помню! Кости, плоть, мозг, каждый атом их - полны пламени, взрывающегося, рвущегося к свободе. Я не могу идти дальше, я не могу вынести этого! Я скоро проснусь, целый и невредимый, в грязи, на задворках заведения Карлуны".
Но Хит не проснулся, а дорога становилась все круче. В душе Хита бушевали безумие, страсть и страдание, какие человек вынести не в силах.
Он вынес.
Кружащиеся точки начали собираться в неопределенные фигуры, превращаясь в бесформенных гигантов, которые шагали рядом с людьми.
Хит услышал, как Алор застонала от ужаса, и заставил себя сказать:
- Они ничто. Призраки из нашего сознания. Начало власти.
Путники шли все дальше и дальше. Наконец Хит остановился и, взглянув на Броку, показал рукой:
- Твоя божественность лежит там. Иди и возьми ее.
Взгляд варвара, ошеломленный, дикий, устремился к темным туманным очертаниям кратера вдали, к немыслимому свету, сиявшему на горизонте.
- Оно бьется, - прошептал Брока, - как сердце. Не сводя глаз с огня, Алор отступила назад:
- Я боюсь. Я не пойду.
Хит видел, что лицо ее исказилось, а тело сотрясала та же дрожь, что мучила его самого. Ее голос поднялся до рыдания.
- Я не могу идти! Я не могу остаться здесь! Я умираю! - Она схватила Хита за руки. - Дэвид, забери меня отсюда, уведи меня обратно!
Раньше, чем он успел подумать и сказать что-нибудь, Брока оторвал от него Алор и нанес ему сокрушительный удар. Хит упал, и последнее, что он слышал, - это пронзительный голос женщины, выкрикивающий его имя.
Видимо, Хит недолго пролежал без сознания, потому что, придя в себя, увидел удаляющиеся силуэты мужчины и женщины. Брока бежал, как безумный, по склону кратера, неся на руках Алор. Вот он встал на край, а затем прыгнул вниз и исчез. Хит остался один.
Он все еще лежал и старался сохранить ясность ума, борясь с муками плоти.
- Этна, - шептал он, - это конец мечты.
Медленно, дюйм за дюймом, он пополз к сердцу Лунного Огня.
На этот раз он был ближе к нему, чем тогда. Странная грубая почва царапала его кожу. Из ран текла кровь, но эта боль казалась булавочным уколом по сравнению с той, которую рождал в нем Лунный Огонь. Брока, наверное, тоже страдал, но все-таки бежал к своей судьбе. Возможно, его нервная система была более грубой, нечувствительной к таким потрясениям. Или жажда власти овладела всем его существом.
Хиту власть была не нужна. Он не хотел становиться богом. Он хотел умереть и знал, что это произойдет очень скоро. Но прежде чем умереть, он хотел сделать то, чего не сумел в прошлый раз: вернуть Этну. Он хотел снова услышать ее голос, посмотреть в ее глаза и вместе с ней ждать прихода могильной тьмы.
Смерть разрушит его мозг, а с ним и призрак, созданный памятью. Но он не увидит, как жизнь уходит из нее. Она будет рядом до конца, нежная, любящая и веселая, такая, какой была всегда.
Он полз к кратеру и повторял ее имя. Он пытался не думать ни о чем другом, чтобы забыть о страшных, нечеловеческих видениях, рожденных его мозгом.
- Этна! Этна! - шептал он.
