– Мы работаем с каждым по отдельности, но одинаково. – Бэкхарт снова хихикнул. Он окинул взглядом приземлившихся сейнеров, потом посмотрел на небо. – Насилие – не наш стиль, Томас. Мне нужно то, что вы продаете. И вы будете продавать мирно, даже если мне придется проломить головы всем жителям планеты. Именно поэтому я и избрал себя в комиссию по встрече. А теперь, полагаю, у меня для вас все готово. Почему бы вам не прокатиться со мной и не рассказать о своих приключениях?
Маус и бен-Раби переглянулись. Это было совсем не то, чего они ждали. Сильно попахивало какой-то бэкхартовской хитростью. Но… если Старик сказал, что положение под контролем, оно под контролем. Лгал он редко, хотя голову поморочить любил.
– Ладно, – отозвался Мойше, внезапно приняв решение. – Николае, Киски, возьмите оружие и идите сюда. Адмирал, каков план транспортировки?
Все планетарные космопорты по соображениям безопасности располагались на порядочном расстоянии от города.
– Отличный. Сейчас прибудет… Ага. Вот уже здесь. – На поле выкатилась колонна десантных бронетранспортеров космической пехоты.
– А «Гиннесса» вы не прихватили? – спросил Маус. – Мы составили бы компанию.
– Полный трюм, – отозвался Бэкхарт. – А если повезет, то фон Драхов появится распить с нами парочку раньше, чем мы закроем лавочку.
– Юпп? – спросил бен-Раби. – Правда? Он обрадовался. Юпп оставался другом, хотя теперь был на другой стороне.
Мойше и Маус посадили своих людей в первые машины, известили Киндервоорта об изменении ситуации и отправились в Город Ангелов, а в небе уже рокотали корабли второй волны.
Слова Бэкхарта подтвердились. В Городе Ангелов было тихо. Центральный парк, зона отдыха в самом сердце города, был уставлен палатками, трейлерами и всяким снаряжением, которое адмирал одолжил у местной администрации. Шторм и бен-Раби покончили с размещением своих людей еще до полудня.
– Маус, – спросил бен-Раби, – а у тебя нет ощущения, что нас торопят?
– Это не ощущение, Мойше, это факт.
– И как же нам тянуть время?
Люди с дипломатами уже выстроились в очередь, чтобы получить небольшие каталоги, которые привез с собой Мойше.
«Тяните время», – сказал Киндервоорт. Кажется, этого им не позволят. Многочисленные торговые агенты и посредники, напуганные слухами о войне, требовали начать аукцион прямо на месте.
Космические пехотинцы оказались превосходными полисменами. Их помощь была неоценима. Они проявляли снисходительность только к туристам-сейнерам. Казалось, адмирал был решительно настроен избегать серьезных инцидентов и помочь местным торговцам освободить любознательных сейнеров от всей твердой валюты.
Шторм потерял первого туриста на второй день пребывания на Сломанных Крыльях. Его вернули раньше, чем Маусу успели сообщить о похищении. Овчинка не стоила выделки – это был кок с «Даниона», который не знал ничего, достойного внимания.
– Началось, – сказал Маус, передавая смену Мойше. – Позаботься, чтобы перед выходом в город все у тебя отмечались. Проверяй их пропуска. У тех, за кем мы должны следить, пропуска красные.
– А ты знаешь, кто захватил того парня?
– Нет и даже не пытался выяснять. Просто передал дело Бэкхарту. Пусть его ребята побегают. А у нас останется больше людей для прикрытия критических направлений.
За свою смену Мойше тоже потерял нескольких человек, по инцидент с носителем важной информации был только один. Его люди действовали превосходно и передали покушавшегося на похищение космическим пехотинцам Бэкхарта.
Похититель оказался прытким журналистом, которому хотелось обойти цензуру сейнеров и конфедератов. Бэкхарт ограничился тем, что вышиб его с планеты.
Шли дни, не принося неразрешимых проблем. Цены на аукционе росли до небес. Узлы первосортной амбры неизменно шли по рекордным ценам. Появился слух, что Конфедерация хочет прибрать всю торговлю к рукам. И потому не входящие в Конфедерацию миры и частные торговцы старались хапнуть побольше, пока еще можно.
От этих слухов Мойше нервничал. Бэкхарт на его вопросы пожимал плечами, и бен-Раби заподозрил, что Бюро приложило к этому руку.
Признаки надвигающейся войны, хотя и искусственно созданные, были убедительны. Вдоль границ Улантского Марша замечалось движение войск Конфедерации и Уланта. Люди начинали тревожиться.
Собираются они воевать друг с другом? Или объединятся против кого-то третьего? Газетчики тоже терялись в догадках. Утечки информации с Луны Командной попеременно подтверждали то одну, то другую версию.
Журналисты были для Мойше самой большой проблемой. Каких только трюков они не придумывали, чтобы подобраться ближе к живым сейнерам. Сам Мойше дал три интервью. Кто-то намекнул журналистам, что он бывший агент Бюро.
Когда кто-то раскопал, что Мойше и Маус отвечали за знаменитый рейд фон Драхова к Адским Звездам, Мойше отказался от дальнейших интервью.
Потом интерес к сейнерам спал. Бряцание оружием на границе затихло.