Луна Командная признала факт гибели секретной научно-исследовательской станции вместе со всей солнечной системой планеты ее расположения. Предсказанная теоретически бомба, обращающая звезду в сверхновую, была создана на практике. К несчастью, ценой огромных жертв.
Наверное, есть Бог, подумалось Мойше. Справедливый Бог, обращающий безумное оружие против его создателей.
Катастрофа оказалась записанной на ленту. Флот заявил, что она была снята транспортным кораблем, оказавшимся вблизи системы в момент взрыва. Эту ленту крутили часами по всем каналам.
Она впечатляла. Но что-то в ней было странное. Мойше не мог избавиться от ощущения, что она поддельная.
Бэкхарта, казалось, все это забавляло. Это было не в его стиле. Перед лицом подлинной катастрофы он так себя не вел.
У Мойше выдалась свободная минута, и он старался проглотить новости за последние шестнадцать месяцев, как вдруг в его кабинет-трейлер вошла Эми.
– Какого черта ты тут оказалась? – спросил он.
– Ничего себе приветствие от родного мужа! – усмехнулась она. – Я думала, ты будешь рад меня видеть. – Она схватилась за спинку кресла на колесиках, вытащила Мойше из-за стола, развернула к себе и шлепнулась к нему на колени.
– А я не рад. Здесь чертовски опасно.
– Ты, наверное, уже обзавелся подружкой. Знаю я вас, флотских.
– Опасно… А, ладно. Сдаюсь. – Он обнял ее. – Давай сюда свою морду, женщина. Раздался стук в дверь.
– Брысь, девушка! Войдите!
Появился смущенный и извиняющийся юноша.
– Почта и сообщения, – объявил он. – Кажется, начинается всерьез.
– Что начинается?
– Вы прочтите.
Гонец попросил Мойше расписаться в получении и исчез.
Верхний микрофильм оказался копией лаконичного сообщения Грабера. Он выслал на разведку к Звездному Рубежу серьезные силы. Они были отогнаны объединенными силами сангарийцев и пиратов Мак-Гроу.
– Эми! Прочти это! Она прочла.
– Что?
– Союз между пиратами и сангарийцами? – Он отметил копию и кинул ее в почтовый ящик Мауса.
Следующий документ был совершенно загадочным. Свободные торговцы с Карсона и Сьерры сообщали, что находившиеся там эсминцы флота ушли в гипер. Бен-Раби передал копию Эми.
– Все служащие флота на Сломанных Крыльях отозваны из отпусков. Двум эсминцам на орбите приказано готовиться к старту. Что ты об этом думаешь?
– Начинается война?
Он пожал плечами.
В папке оставался журнал «Литерати», к которому прилагался вручную надписанный конверт, адресованный Томасу Мак-Кленнону, капитану второго ранга.
Это озадачило Мойше.
– Смотри, ты получил повышение, – заметила Эми. В ее голосе звучало подозрение. Он удивленно посмотрел на нее. Ее лицо залилось краской ярости и испуга.
– Какого черта? – Он отложил конверт в сторону и открыл оглавление журнала. Где-то в середине ему попался заголовок «Все, кто был в Иерусалиме до меня», за которым следовало его имя. – Нет, – пробормотал он, – ничего не понимаю.
– Что это? – Эми заглянула ему через плечо. – Я что, должна тебя поздравить? Не понимаю, что здесь происходит.
– Я тоже не понимаю, любимая. Поверь мне, это правда. – Он обнял ее за талию и открыл рассказ.
Этот рассказ он написал на борту «Даниона» еще до того, как решил стать сейнером. Как он попал в журнал?
Мойше переключил мысль на задний ход.
Он не клал рукопись ни в одну из сумок, утерянных вместе со всем имуществом, которое отправилось в Конфедерацию без него. С тех пор он не видел рукописи, но был уверен, что она у него в каюте. Он ее не трогал. В этом он был уверен.
– Эми, помнишь мой рассказ? Тот, что ты никак не могла понять? Ты не знаешь, что стало с рукописью?
– Нет. Я думала, ты ее выбросил. Я не стала спрашивать, думала, ты рассердишься. Я не оставляла тебе на нее времени, но знала, что тебе очень хочется писать.
Он позвонил в службу безопасности «Даниона». Пятнадцать минут спустя он знал точно. У него в каюте не было рукописи.
Полагая, что она спокойно лежит на полке, бен-Раби никогда о ней не беспокоился. Он забеспокоился теперь.
В этой рукописи, записанная невидимыми чернилами между строк и на оборотной стороне страниц, содержалась вся информация, собранная им и Маусом о звездоловах. Если это попало в руки Бюро…
– Эми, то дело с сангарийским подстраховщиком… Идем. Мне нужно переговорить с Ярлом. – Он схватил ее за руку и потащил прочь из кабинета, выдернув микрофильмы из ящика Мауса.
– Что ты как с цепи сорвался? – запротестовала она. – Остынь, Мойше. Мне больно.
– Поторопись, это важно. Они нашли Киндервоорта в ресторане «У Пальяччи». Это было тихое, уютное заведение окнами в парк, куда захаживали и сейнеры, и конфедераты, накачивая друг друга вином и спагетти. Бен-Раби пролетел мимо привратника в форме карабинера, оставил за спиной вылощенного метрдотеля и прошагал через выдержанный в темных тонах обеденный зал, сквозь чесночные ароматы, в небольшой отдельный кабинет. Там последнее время держал свою ставку Бэкхарт.
Они с Киндервоортом играли в слова. Киндервоорт проигрывал. Появление Мойше его выручило.
Мойше шлепнул бумаги на стол перед Киндервоортом.
– Нас поимели.
Киндервоорт просмотрел верхнее сообщение.