Андри одним движением поднялся на ноги и посмотрел на двоюродную бабушку сверху вниз. В эту минуту в нем не было ничего мальчишеского. Он стал очень похож на своего отца: читавшиеся во взгляде юноши сила воли, ясность мысли и упорство в достижении цели делали его лицо лицом взрослого. Но Андраде внезапно увидела в мальчике его деда, вспомнила непреодолимую страсть Зехавы к завоеваниям, его стремление к обладанию. Зехава желал новых земель и абсолютной власти; Андри желал знания. И то и другое было опасно.
Сверкнув глазами, Андри спросил:
— А как, по-твоему, удалось победить нашим предкам?
Уриваль чуть не поперхнулся, но Андраде сделала вид, что не обратила на дерзость никакого внимания.
— Продолжай, — спокойно сказала она.
— Ты говорила, что давным-давно они покинули Дорваль и пришли сюда, чтобы включиться в мирские дела. Почему? Ясно, что не ради власти — ведь никто из них не стал принцем. История учит, что мы никогда не вмешивались в государственные дела. — До сих пор, говорили его глаза. До тех пор, пока фарадимов не возглавила ты, тетя Андраде. — Значит, это было сделано не для их собственной выгоды, а для людей. Потому что они были вынуждены. К тому моменту они бросили свое тайное знание на Дорвале. Почему они не захотели, чтобы это знание стало известно нам? А еще важнее то, почему они не хотели, чтобы мы знали, как пользоваться звездным светом, или «колдовством», на что намекает этот свиток. Сегодня вечером мы убедились, что на свете есть люди, обладающие знанием, о котором «Гонцы Солнца» предпочли забыть. Разве не логично предположить, что на континенте жили те, с кем наши предки решили вступить в борьбу?
Немного помолчав, юноша продолжил;
— А зачем им понадобилось в бытность на Дорвале изучать методы врага? Знание нужно для того, чтобы им пользоваться, иначе к чему оно? Но они должны были увезти это знание в собственных головах, а после уничтожения врагов никогда не упоминать о нем. Конечно, именно поэтому его и забыли.
Уриваль очнулся от ужаса, который нагнали на него слова Андри, и сказал:
— По-моему, мы слишком далеко зашли. Начали с догадок о том, что может быть в этих свитках, а кончили тем, что это знание надо использовать для борьбы с неизвестным врагом, существование которого еще не доказано!
— Не доказано? — Андри повернулся к своей двоюродной бабушке. — Когда ты стала леди Крепости Богини, то узнала, что верховный принц Ролстра чересчур могуществен.
Камни ее колец предательски блеснули в свете звезд; у Андраде внезапно задрожали руки.
— Я узнала это намного раньше. Юношей он приезжал в крепость моего отца, чтобы подыскать себе невесту.
У Андри расширились глаза: лрежде он никогда не слышал об этом.
— Должно быть, ты уже тогда была «Гонцом Солнца»…
— Да. Он приезжал к нам домой, чтобы познакомиться не только с отцом, но и с моей сестрой-близнецом Милар, твоей бабушкой. Я понимаю, о чем ты говоришь, Андри. Я видела, что сила фарадимов истощается и их влияние идет на убыль, в то время как сила Ролстры растет. Поэтому я выдала свою сестру за принца Зехаву, надеясь, что их сыну передастся дар и я смогу обучить мальчика, сделав его первым принцем-фарадимом.
— Только из этого ничего не вышло… — пробормотал Уриваль.
— Нет. Вместо мальчика дар унаследовала твоя мать, Андри. Тогда я решила женить Рохана на Сьонед, которая обладала могучим даром. — Горькая морщинка прорезала ее лоб.
— И принцем, о котором ты мечтала, станет Поль, — продолжил Андри. — Миледи, но ведь это случилось раньше! Сьонед уже верховная принцесса, которая не задумываясь пустит в ход свой дар, если это понадобится для целей управления государством. Пандсала делает то же самое в Марке. Мой брат Мааркен, Риян из Скайбоула, возможно, другие, о которых мы просто еще не знаем — все они лорды-»Гонцы Солнца». Такие, которым Полю только предстоит стать. Пути фарадимов и пути принцев сходятся, и сходятся именно благодаря твоему стремлению свести их.
— А теперь наши пути сходятся с путями наших врагов, потому что их стремишься свести ты? — насмешливо спросила она.
— Не сходятся. Но почему мы не должны делать того, что сделали наши предки?
— Потому что у них была весомая причина забыть это знание и запретить нам пользоваться звездным светом. — Андраде откинулась на спинку кресла, и Андри увидел, насколько она стара. — Попробуй поговорить с Роханом о необходимости использовать низкие средства ради достижения высокой цели. Как ты думаешь, почему после разгрома Ролстры он повесил свой ненужный меч на стену Большого зала?
— Но до того он сражался и победил! И благодаря этому получил возможность создать мир, основанный на законе, а не на крови, пролитой этим мечом.
— Значит, ты хочешь заставить нас пользоваться светом темных звезд вместо ясного света солнца и лун?
— Ты сама призналась, что Сьонед использовала звездный свет. И хотя теперь она не носит колец фарадимов, звезды не сумели смутить ее душу.
Уриваль рывком поднялся на ноги. Андри был слишком умен для своего возраста и слишком хорошо изучил логику, чтобы с ним можно было спорить.