Спустившись по лестнице, они оказались в длинном, широком и высоком коридоре, на одном конце которого находилась трапезная, а на другом — архивы, библиотека и классные комнаты. Андри и Холлис оказались одними из последних; торопясь пройти в зал, они увидели в окне сбившихся в кучку четырех мальчиков и двух девочек, с широко открытыми глазами слушавших «Гонца Солнца», который учил их, как следует кланяться леди Андраде. Девочки и один из мальчиков были не старше тринадцати зим; остальным было лет по пятнадцать-шестнадцать. Самым высоким из них был красивый, самоуверенный юноша е черными как ночь блестящими волосами и глубокими серо-зелеными глазами. Он холодно встретил улыбку Андри и не ответил на нее, но зато смерил Холлис оценивающим и одобрительным взглядом самца, который догадывается о своей привлекательности и умеет пользоваться ею. Да, он знал себе цену и держался с таким высокомерием, что это удивило Андри. Но еще больше его удивил слабый румянец, выступивший на щеках Холлис.
Войдя в огромную трапезную, они расстались: Холлис присоединилась к «Гонцам Солнца» высокого ранга, а Андри сел вместе со своими собратьями-учениками. Сегодняшняя трапеза сильно отличалась от ежедневной: к обычным супу и мясу добавились салат, печенье и фрукты. Андраде устроила обильное, хотя и простое угощение, и у Андри потекли слюнки при мысли о затейливых кушаньях, которые он попробует во время Риаллы. Свежие ягоды и печенье с корицей только раздразнили его аппетит. В конце трапезы принесли кувшины с горячим тейзом; note 1 нацедив себе полную кружку, он глубоко вдохнул острый аромат, отдаленно напоминавший запах лимона. Ни о чем он так не тосковал, как о семейных поездках на сбор разных листьев, коры и трав, чтобы мать могла составить из них свою фирменную смесь. Приготовление тейза было ее любимым домашним ритуалом. Каждый год она несколько вечеров подряд проводила на кухне, колдуя над столом; тем временем ее муж выгонял слуг, облачался в передник и принимался печь пирог с фруктами, который был его вкладом в семейную церемонию. Андри сохранил чудесные воспоминания об этих веселых и дружных часах; пока они с братьями посыпали друг друга мукой, отец из грозного воина превращался в мирного пекаря, а мать наполняла огромные мешки свежеприготовленным тейзом, которого должно было хватить на: весь предстоящий год…
Однако эти воспоминания сразу исчезли, как только в зал привели шестерых вновь прибывших. Он попытался посмотреть на них глазами Андраде, глазами лорда Крепости Богини, оценивающего новичков.
Его внимание снова привлек черноволосый юноша. Бросив взгляд на Холлис, он заметил, что девушка тоже смотрит только на мальчика, который держался с непринужденностью, достойной сына лорда. В его тонких, изящных чер-, тах чувствовалась порода; руки у него были ухоженные, хотя одежда казалась простой и поношенной. Андри был слишком далеко, чтобы расслышать его имя, но зато прекрасно видел реакцию Андраде. С рождения помня мимику этого лица, движения уголков губ, бровей и век, Андри сразу догадался, что юноша произвел на старуху впечатление. Когда все шестеро, низко поклонившись Андраде, шли по проходу между столами к своим местам в дальнем углу зала, Андри увидел, что мальчик встретился глазами с Холлис и с улыбкой на губах удерживал ее взгляд так долго, как мог.
Как только Андраде распустила их и отправилась в свои покои, Андри разыскал Избранную своего брата и спросил:
— Кто это был? Ты расслышала его имя?
— Чье имя?
— Ты прекрасно знаешь, чье. Того самого, с черными волосами и странными глазами.
— По-твоему, они странные? Его имя Сельгес или что-то в этом роде, я не расслышала.
— Интересно, откуда он приехал, — задумчиво произнес Андри. — Ты заметила, что он ни разу не опустил взгляд и смотрел на Андраде прямо в глаза?
— Мальчик с такой внешностью, как у него, должен был привыкнуть к тому, что на него постоянно смотрят. Похоже, его прямой взгляд — это всего лишь ответ на чужие взгляды, своего рода защитная реакция. Но одно ясно — кто-то недавно сделал его мужчиной. Так что ночь первого кольца не будет ему в диковинку!