- Зачем ты дразнить свет? – отвесил подзатыльник старый хетар. – Если все смотреть, иди работать!
- Смотри Хош’тах, там что-то летает! Видишь!
- Что там! Свет там!
Но вдруг Хош’тах перестал подпрыгивать, и внимательно посмотрел на Данни. Для этого ему пришлось подойти вплотную и нагнуться так, чтобы глаза хетара оказались на одном уровне с мальчиком.
- Ты смотреть свет? Там? – хетар ткнул толстеньким пальчиком в темный стеклянный шар. - Всегда смотреть?
- Нет, только сейчас заметил, - ответил удивленный Данни.
Он никогда раньше не видел старика Хош’таха таким озадаченным. Ну что такого в том, что он спросил у него про эти всполохи в лампе? Но хетар, похоже, думал по-другому. Пробежавшись по лавке, он вернулся к мальчику.
- Ты вчера видеть свет?
- Нет, говорю же, только сейчас заметил.
Хетар подпрыгнул и вновь скрылся, уже в недрах подсобки. Появившись оттуда через пару минут снова подошел к Данни.
- Ты только свет смотреть, или это тоже? – спросил Хош’тах и вытянул вперед руки.
От неожиданности Данни закричал и отпрянул назад, едва не перевернув стеллаж. С обеих рук хетара на него пялились по паре отвратительного вида ящериц.
- Да, и это тоже, - озадаченно повел головой хетар.
Новое зрение начинало доставлять Данни хлопоты. Теперь знакомые с рождения предметы вдруг стали выглядеть иначе. В первый раз Данни потребовалось почти две минуты, чтобы понять, что большое плоское решето на холмах – это его родной «Искатель». А в школе его едва не отправили в больницу, когда посереди урока соскочил с парты и попытался прогнать только ему видимую амебу, облизывающую его «вирт». В школу Данни больше не приходил, сославшись на плохое самочувствие. Родителям было не до него, и он практически поселился у старого хетара, приходя домой только на ночь. И то не всегда.
Невероятно, но лавка Хош’таха оказалась забита сверху до низу самыми разными тварями. Почему он раньше этого не замечал? Может это как-то связано с теми необъяснимыми приступами, что случались с ним в последнее время. Как бы то ни было, одно он понял точно: никто, кроме него всех этих странностей не замечает. Так что говорить про это вслух не стоит.
Если бы не Хош’тах, Данни бы решил, что просто спятил. Но хетар не только видел все то же самое, но и прекрасно умел этим пользоваться. Именно от Хош’таха он узнал, что отвратительные ящерицы, которых он так испугался в первый раз, на самом деле сторожевые псы. На ночь хетар привязывал их возле дверей и окон, и мимо них не могла пролететь даже мошка. А если кто из воров засунет руку, то без нее и останется. А вот это уже было известно всем. Лавку Хош’таха пытались ограбить трижды.
Но самое главное, хетар стал учить Данни пользоваться тем, что он видит. Все оказалось не так уж сложно, и теперь каждый день приносил столько новых открытий, что мальчик почти забыл про сон.
- Посмотри Хош’тах, что там такое белое? – спросил Данни, рассматривая свой бракованный «светлячок».
- Вредитель, - фыркнул хетар. – Случайно быть и съедать свет. Брак.
- А если его оттуда вытащить?
Но старик только скривился.
- Откроешь – свет разбежится.
- А если не открывать? Так достать.
Темный шар «светлячка» не казался Данни таким уж неприступным. Ну и что, что он из хагара, с некоторых пор стекло, да и другие твердые вещества перестали быть для него преградой. Впервые Данни понял это неделю назад, когда в азарте погони за одноглазым сторожем просунул руку сквозь стол. Не то что бы сквозь. Сбежавшая сторожевая ящерица, загнанная им и старым хетаром в угол, вдруг изогнулась дугой и нырнула куда-то (вниз?).
- Ушла, ссурах’ар! – в серцах выругался Хош’тах.
Но Данни все еще ее видел. Правда теперь она стала полупрозрачной и продолжала стремительно таять. Недолго думая, он сунул руку следом. Сквозь стол и часть стены. Данни тогда так и не понял, как это случилось, но сторожа, все же, схватил. Зато когда вытащил руку обратно, взвыл от боли. С ладонью было все в порядке, а вот с запястья, в том месте, где оно было прикрыто рукавом рубашки, оказалась содрана кожа. Сама ткань рукава как будто расплавилась, и он еще два дня выдирал из раны нитки.
Теперь, наученный горьким опытом, Данни высоко закатал рукав. Как следует примерившись, он прищурил глаза и ясно представил себе, как сейчас его пальцы проникают вглубь хагарового шара и хватают эту белесую загогулину. Глубоко вдохнув, он запустил руку внутрь.
С момента первого печального опыта, Данни уже несколько раз проделывал подобное. Он понял сам принцип, но опыта, все же, не хватало. Он промахнулся, и в первый раз, и во второй, и в третий. Это было похоже на то, как будто ты ловишь руками рыбу в аквариуме. Только после каждой неудачной попытки, приходиться вынимать руку обратно. Хош’таху надоело наблюдать за этой рыбалкой, и он вернулся к подсчету выручки. Стоило только старому хетару отвернуться, как Данни схватил верткую тварь. С победным криком он дернул руку наружу.
