Внутри шара вредитель был размером не больше ногтя, но стоило Данни вытащить его оттуда, как запятая начала раскручиваться, и через несколько секунд в лавке хозяйничала огромная белая змея. Внезапно ощутив свободу, она заметалась из стороны в сторону, ломая стеллажи и роняя товар. Наконец, оказавшись в том же углу, откуда пыталась сбежать сторожевая ящерица, змея свернулась в спираль и пропала.
- Ссурах’ар! – взвыл Хош’тах, выглядывая из-под стола. – Что ты ломать! Кто тут складывать!
- Хош’тах, я не знал, что она такая огромная! – Данни сам был ошарашен еще больше хетара. – Прости, я все уберу на место.
- Ты складывать, а кто чинить? Один глупый свет ломать половину товар!
Ну, половину это Хош’тах загнул. Данни быстренько оглядел лавку. Ничего серьезного не случилось. Больше всего пострадали сами стеллажи, а все остальное только разбросано.
- Тут только полки сломаны, я попрошу Рина, он все починит.
- А кто платить ремонт?
- Я… я с ним договорюсь сам, - вздохнул Данни.
Он прекрасно понимал, что хетар ни за что не выложит собственных денег. Либо заставит ремонтировать самого, либо опять придется отрабатывать деньги, таская ящики в соседнем кафе. Данни посмотрел на все еще зажатый в руке фонарь. Зато теперь у него есть исправный «светлячок». А за него можно будет уговорить Рина не только починить стеллажи, но и прибрать в лавке.
- Сегодня праздник, - продолжил Данни, - никого не найдешь, а завтра Рин все сделает.
- А сейчас все будет бросать?
- Ну, мы же на праздник собирались. Да и какой смысл все складывать, если стеллажи сломаны. Хош’тах, обещаю, завтра вечером тут будет чисто, – сказал Данни, а про себя подумал: «Если Рин не успеет починить полки, придется тащить ящики из подсобки…»
- Ладно, - смиловался хетар, - праздник идти. Неси сторож, закрывать будем.
Сторожей хетар держал в подсобке. Восемь ящериц дрейфовали по воздуху в самом дальнем углу. Иногда цапались между собой, но как-то нехотя. Данни ни разу не видел, чтобы Хош’тах их чем-нибудь кормил. Да и ели ли они вообще? Данни было не до них.
Сняв рубашку, хватит уже ободранного запястья, Данни подтянул первый поводок. Намотав «хвост» ящерицы на ладонь, он взялся за вторую. На каждую руку пришлось по две ящерицы. Можно было и по три, но за оставшимися двумя все равно еще раз спускаться.
- Этих в окно, - распорядился Хош’тах, забирая у Данни двух сторожей.
На двери он всегда привязывал сам. Так, чтобы и выйти можно было, и снаружи, не видя ящериц, не пройдешь. С окнами проще. Натянул поводок поперек, и укоротил его, только чтоб морду высунуть могла. А не то оттяпает случайному прохожему руку, проблем не оберешься.
Привязав сторожей, Хош’тах и Данни выскользнули из лавки. На улице день был в самом разгаре. Жаркое солнце заставило хетара прищуриться, а Данни набросить на голову капюшон. Улицы были забиты народом. Люди был одет по-разному, но у всех было одно общее: каждый прятался от солнца кто как мог. Женщины в длинных платьях или брюках. Но на каждой наброшен плащ с глубоким капюшоном. Мужчины, в основном, в легких светлых костюмах. Кто-то просто в головном уборе, а кто и в накидках, как их жены. И вся это пестрая толпа, разодетая по случаю праздника, текла в одну сторону – на главную площадь.
Главная площадь Мартиса, она же одна единственная, была забита битком. Сегодня здесь собралось полгорода. Народ сидел в уличных кафе, просто на газонах или бродил между торговыми палатками. Торговали здесь всем: едой, игрушками, сувенирами и даже одеждой.
- Мы могли бы сегодня поторговать здесь, - предложил Данни.
Хетар только скривился.
- Товар не этот. Сегодня воду продавать, а не мы.
Действительно, торговцы водой сегодня заработают больше всех. Но этот бизнес уже давно распределен, и хетар, даже при своей огромной любви к деньгам, туда не лез. Они пришли вовремя. На трибуне, установленной перед входом в мэрию, появился первый оратор.
- Кто это? - толкнул Данни хетар.
- Кто-то из совета.
- Не говорун, женщина кто?
- Какая женщина?
- Там, в накидке неба.
Данни покрутил головой. В том направлении, которое указал хетар, он увидел только одну даму в фиолетовом плаще.
- А, это Лоанна, местная гадалка.
- Гадалка? – переспросил Хош’тах. – Что она работать?
- Что делает? Судьбу предсказывает. Говорят, неплохо получается. К ней много народу ходит. Больше, чем в церковь. Может поэтому отец Бартолио ее ведьмой называет.
- Что ведьма работать?
- Не работать, Хош’тах. Ведьма – это такая женщина, которая… - Данни почесал голову, соображая как лучше объяснить это хетару. – Ну, она магией занимается. Это когда разные заклинания читают, руками машут, а потом всякие необычные вещи происходят. Непонятно?
Хетар склонил голову на бок.
- Это как ты сторожа ловить, и вредителя из свет достать? Я не понять. Ты ведьма.
- Эй, я не девчонка! А ведьмами только женщины бывают. Тебя отец Бартолио тоже, между прочим, бесовским созданием называет. И весь товар, который ты продаешь… - Данни немного подумал, а потом добавил: - Это, наверное, потому, что он не видит то, что мы с тобой.
- Она удивительно на тебя видеть.
