Джон задышал ровнее, и его глаза, наконец, перестали разглядывать пустоту. По телу прошла дрожь. Он повернулся к Шерлоку - на лице его было написано недоумение.
- Все хорошо, Джон, я с тобой, все нормально. Сделай паузу перед следующим вдохом.
Джон послушно задержал дыхание, а потом медленно вдохнул.
Дэн снова заговорил:
- Как бы мне ни хотелось продолжить этот вечер, боюсь, Джону нужно лечь и выспаться.
Молли закивала.
Джон огорченно развел руками:
- Простите, я вовсе не хотел испортить нам ужин. Не представляю, что на меня нашло.
Молли ободряюще улыбнулась:
- Джон, вам с Шерлоком пришлось многое пережить за последние недели, стоит ли удивляться, что ты еще не совсем пришел в себя? Мы повторим ужин в другой раз, ладно? - последний вопрос был обращен скорее к Холмсу. Он коротко кивнул и подал Джону руку.
Квартиру Такеров они покинули быстро.
В такси Шерлок крепко держал Уотсона за руки - за обе сразу - но упорно молчал и разглядывал вечерний мокрый Лондон через окно. Джон чувствовал себя так, будто не спал несколько дней. Глаза закрывались, тело наливалось чугунной тяжестью, голова неодолимо склонялась к любовнику на плечо. Уотсон с трудом запомнил, как поднялся по лестнице, как был раздет Шерлоком и как оказался в их постели.
Ему не снилось ничего.
Когда он проснулся, в комнате было сумрачно. Белье, обмотавшееся вокруг мягкого тела Джона, было горячим, влажным и причиняло дискомфорт. Джон заметил Шерлока - тот сидел в кресле, и лицо его подсвечивалось синеватым мерцанием экрана ноутбука, стоявшего на коленях.
- Выспался? - спокойно спросил Холмс. - Как ты себя чувствуешь?
- Кажется, неплохо, - хрипло отозвался Джон. - Сильно вспотел. Хочу в душ и есть. Ты не ложился еще?
В полумраке Джон не видел выражения лица Шерлока, но почему-то решил, что оно было изучающим.
- Ложился. Более того, я спал, дважды поел и прочитал книгу о клинике посттравматических расстройств. Сейчас вечер воскресенья, Джон, ты проспал почти девятнадцать часов.
Вот поэтому-то, сам себе сказал Уотсон, я и чувствую себя таким разбитым. Нельзя столько спать!
- Я могу приготовить тебе омлет с помидорами, пока ты моешься.
Джон, пытавшийся выбраться из постели, чуть не стал жертвой одеяла, в котором запуталась нога.
- Почему ты никогда не говорил, что умеешь готовить?!
- Быть может, потому, что ты слишком часто демонстрировал свои кулинарные таланты. Я не люблю готовить, но процесс мало чем отличается от химии. Я одолею омлет. Верь в меня, Джон.
В любой другой момент Уотсон пришел бы в неописуемый восторг от мысли, что Шерлок Холмс собственноручно приготовит ему еду - любую еду, лишь бы она была номинально съедобна.
Но радоваться обещанному омлету мешало странное поведение Холмса. Он не подошел к проснувшемуся Джону, не помог ему встать, его голос был… прохладным. Страшно признавать, но Джон уже привык к тому, насколько Шерлок мог быть заботливым и нежным, не стесняясь проявлять свои чувства. Откат к позициям прошлого был бы для Джона ударом. Сейчас Шерлок был вежливым, но чересчур отстраненным. Уотсон ощутил в груди что-то тоскливое и вязкое, разливающееся как болотная жижа.
- Ну… я пойду? - нерешительно уточнил он.
- Конечно, - легко кивнул Холмс. - Жду тебя на кухне.
Контрастный душ снял остатки томительной усталости, но напряжение не отпускало. Мрачные предчувствия одолевали доктора с каждой минутой все сильнее, поэтому даже изящно сервированный ужин, приготовленный любимым человеком, не поднял настроения Уотсона.
Шерлок спокойно разглядывал его, сидя с другой стороны стола, пододвигая то чашку с чаем, то тарелку с тостами. Джон бы наслаждался этой почти семейной идиллией, если бы Шерлок не смотрел на него как на любопытный незавершенный эксперимент.
Наконец Джон не выдержал:
- Шерлок, в чем дело? Ты пугаешь меня.
- Разве я сделал что-то страшное? Неприятное? - осведомился Холмс тем особенно бархатистым тоном голоса, от которого - он знал наверняка - Джон чувствовал возбуждение.
- На первый взгляд будто бы нет… - с подозрением ответил Уотсон, понимая, что пока еще слабое, но вполне определенное желание растекается по телу как горячий шоколад.
- Джон, я бы хотел кое-что проверить. Ты позволишь мне? - слова отдавали чем-то опасным, связанным с научными опытами, но голос по-прежнему сигнализировал о сексе.
Это же Шерлок.
Джон постарался максимально расслабиться. В последние недели они через многое прошли - прошли вместе, и Джон знал, что если не сможет доверять Шерлоку, то не сможет уже никому.
- Делай, что считаешь нужным.
Шерлок встал со своего места, медленно обошел стол и наклонился к сидящему Уотсону.
- Я не причиню тебе вреда, Джон. Никогда.
Джон почти ощутил поцелуй на своих губах, но Шерлок выпрямился и потянул Уотсона за собой. В гостиной он усадил Джона в кресло, встал перед ним на колени и наконец поцеловал - впервые с момента пробуждения.
