Звездолеты погибшей империи полностью

Андроник запомнил таким Георгия навсегда: белое–белое лицо и черные провалы глаз. Зрачки у него были во всю радужку.

В пакете, пересланном через Космический генеральный штаб, говорилось следующее:

«Командующему группой флотов «Центр» вице–адмиралу патрикию Андронику Вардану.

С получением сего Вам следует немедленно прибыть на базу Ундина для вступления в должность командующего группой флотов «Юг».

Штаб группы флотов «Центр» приказываю подготовить к принятию командования Вашим преемником, вице–адмиралом Тиберием Ангелом.

Разрешаю взять с собой выбранных Вами офицеров в числе не более пяти человек.

Материальную часть не перемещать.

Желаю успехов.

Император Велизарий Каподистрия».

Любая космическая война очень богата документами. Это понятно. Никакая работа в Пространстве невозможна без мощного квантового обеспечения. Бортовые ординаторы кораблей непрерывно фиксируют колебания состава и влажности воздуха, результаты дозаправок, перемещения людей внутри корпуса и еще буквально тысячи параметров, каждый из которых жизненно важен. Конечно, офицеры–информатики регулярно стирают ненужные массивы данных, но в закрытой памяти все равно оседает очень и очень многое. Полные расшифровки текстов оперативных совещаний — уж точно.

Одно из таких совещаний как раз и состоялось в ободранном гостевом салоне линкора «Фессалия» — флагмана ГФ «Центр», только что сменившей командование.

Контр–адмирал Константин Стратиотик, командующий амфибийным флотом….больше сорока орбитальных транспортов типа «квадрига» и десять «диплодоков». И пятнадцать танкодесантных ролкеров. Больше мы уже просто не дотащим.

Контр–адмирал Никифор Музалон, командующий линейным флотом. Какая штатная вместимость у «диплодока»?

Стратиотик. «Диплодок» берет пехотную дивизию. Двенадцать тысяч человек, но можно запихать и до пятнадцати. Сейчас у нас часть «диплодоков» идет как раз с перегрузкой… У «квадриги» вместимость где–то треть от этого.

Музалон. Итого не меньше двадцати дивизий, даже если считать только пехоту… Господа, а ведь это самая крупная десантная операция в истории.

Контр–адмирал Григорий Акрополит, начальник штаба ГФ «Центр». Так и планировалось.

Музалон. Что мы сейчас знаем об обороне Токугавы?

Акрополит. То же самое, что знали и раньше. На Токугаву базируется группа флотов «Ф», которая слабее большинства других групп: линкоров в ней всего три штуки… Правда, это новые линкоры. Типа «Локи».

Музалон. Очень относительная слабость, я бы сказал.

Акрополит. Упаси боги, я не хотел сказать, что эта операция будет легкой! Токугава защищена так, как и должна быть защищена столица самой большой в мире империи. Зенитные лазеры. Минные пояса. Силовые экраны над городами. Истребители наземного базирования. Через все это нам придется проламываться. Но если вообще есть инструмент, которым можно вскрыть такую оборону — то он в наших руках. В ваших, адмирал Музалон.

Музалон. Мы сделаем все возможное.

Контр–адмирал Людвиг фон Макензен, командующий флотом линейных крейсеров. Мы тоже.

Акрополит. Спасибо, господа.

Стратиотик. Это вам спасибо.

Музалон. Константин, не волнуйтесь. Я не забываю о задачах…

Стратиотик. Мы все не забываем о задачах.

Капитан цур люфт Василий Тагарис, командир ЛК «Фессалия». Разрешите мне высказаться? Мы это обсуждали, но сейчас я хочу произнести для всех. Я прекрасно понимаю беспокойство адмирала Стратиотика. Мы — люди кораблей, мы просто делаем свою работу… и знаем, чем рискуем, да. А амфибийному флоту сейчас нужно доставить к цели двести тысяч наземников. Людей, которые на грунте бойцы, но в Пространстве — дети. И ведь мы знаем, что трудно придумать более уязвимую цель, чем ползущий в окрестности планеты «диплодок»… у него инерция — в десять раз больше, чем у линкора! Вот поэтому всю прошлую неделю мы посвятили разработке плана движения. Древовидного, то есть с вариантами. Если он будет выполнен — можно считать, что амфибийный флот относительно прикрыт. А иначе…

Акрополит. Не будет никакого «иначе». Господа, я вас понимаю… Вы работали с адмиралом Варданом. Доверяли ему. Он был частью вашего коллективного разума. И вот теперь, за какие–то сутки до операции, вместо него пришли мы, и все надо строить заново… Я не оправдываюсь. Эта перестановка — для нас такая же неожиданность, как для вас. Я считаю себя обязанным бережно относиться к чужим наработкам, и, видят боги — так и отношусь. Уверен, кстати, что у адмирала Вардана и его новых подчиненных сейчас точно такие же трудности… Давайте их преодолеем. Мы работаем вместе.

Стратиотик. Принято.