— То есть, выходит, я всё-таки умер? — уточнил Ирвин. Голос у него оказался под стать внешности — баритон, со скрытым внутри железом. — Я… не могу конкретно вспомнить о том, что было до этого со мной. Или я потерял память?
— Это тут происходит со всеми, — пожал плечами Ветер. — Мы можем посмотреть, но без конкретики. Мы умеем видеть… немного, но больше, чем другие. Если тебе это интересно, то…
— Давайте, — приказал Ирвин. Встал.
— Сядь, — попросила София. — Вставать не обязательно. Грег?
— Военный он, — без колебаний ответил Грегор. — Летать хотел, но сам-то он не летал, его больше возили. А он хотел… что-то не пойму я… Слоистый ты какой-то. Шпионом был, что ли? Следил за кем?
Кажется, Ирвин напрягся.
— Не знаю, — признался он после почти минутного молчания. — Не уверен. А слоистый — это как?
— Ну, поверху ты этакий… вояка, вот, — Грегор задумался. — А под низом… черт тебя разберет. Словно ты приказы выполнял, но как будто и не приказы, словно ты сам. Нравилось тебе?
— Нравилось что? — нахмурился Ирвин.
— То, что ты делал, — уточнил Грегор.
— Не знаю. Как я могу сказать, нравилось мне что-то или нет, если я об этом не помню? — спросил Ирвин. Грегор чуть смущенно пожал плечами. — Так как я сюда попал?
— Здесь находятся те, кто умер не насовсем. Тело сохранно в каком-то виде там, — Ветер поднял глаза, — а твоя сущность присутствует здесь.
— И сколько времени она… гм… здесь будет присутствовать? — нахмурился Ирвин.
— Этого никто не знает, — пожала плечами София. — И не может знать. Некоторые уходят быстро, некоторые находятся здесь очень и очень долго.
— И сколько лет это «очень долго»?
— Здесь нет времени в привычном для тебя понимании, — развел руками Эдди. — И для нас тоже нет. Есть времена суток, а вот всего остального, типа времена года — нет. Здесь всегда лето. Вечное лето.
— Почему? — требовательно спросил Ирвин.
— Никто не знает, — ответил за всех Эдди. Грегор согласно кивнул. — Так уж получилось. Почему-то лето. Наверное, потому что все любят лето, и любят, когда хорошо и тепло.
— Значит, это рай, — подвел для себя итог Ирвин. — Хотя…
— Нет, это не рай, — покачала головой София. — В раю, думаю, тебе ничего не пришлось бы делать, а ты сейчас должен отстоять своё право стать пилотом.
— Это как? — Ирвин повернулся к ней. — И что произойдет, если я откажусь?
Он играет, вдруг понял Ит. Он играет сейчас в какую-то игру, и зачем ему это нужно, и что вообще происходит? Или… он решил, что пилоты сейчас играют с ним, и не может понять, поддержать эту игру, или послать их к черту, как шутников-неудачников? Он же не верит ни единому их слову.
— Если ты откажешься, ты…нет, не погибнешь, но перейдешь куда-то еще. Дальше. Никто не знает, куда именно, но, судя по всему, это не очень приятно, — София склонила голову к плечу. — Впрочем, выбор за тобой. Вода скрывает рядом с этим пирсом много машин тех, кто отказался или не справился. Ты видел их крылья, тебе решать.
А вот это, кажется, Ирвина уже проняло. Он нахмурился, задумался.
— Хорошо, — кивнул он после паузы. — Допустим, я согласен. Что я должен делать, и что я буду делать потом, если у меня всё получится?
— Если всё получится, будешь летать в нашей команде. И воевать тоже. Поверь, тут есть с кем повоевать. Скучно тебе точно не будет, — София встала, подошла к карте. — А делать тебе нужно вот что. Сперва мы найдем Звезду, где ты должен будешь заправить стартовую капсулу, которая оживляет машину…
Крепость-звезда Ирвину досталась просто великолепная — выйти сейчас, в послеполуденное время, потом хороший подъем, потом ночевка, утром пройти совсем немного, часа два пути, не более, и по свету же — спокойно вернуться обратно. Никаких скал, ущелий, плато, и ледников. Просто сказочная прогулка, да и только. Ирвин взял капсулу, и в сопровождении Грегора, Софии, и Ханны отправился к своему новому дому, заказывать одежду и снаряжение, а Оливия, Ит, и Скрипач пошли разыскивать Таенна, которому пора было бы уже вернуться домой, а он в суматохе куда-то потерялся.
— Ну и как вам… этот? — спросила Оливия, когда они отошли от ратуши.
— Так себе, — признался Скрипач. — А тебе?
— Мне он не понравился, — Оливия нахмурилась. — Он какой-то склизкий. Я, конечно, ничего оттуда не помню, но вот ощущение было… словно помню. И с вот такими у меня ничего хорошего не связано.
— У нас тоже, — Ит тяжело вздохнул. — И это не то слово, ты слишком мягко сейчас выразилась.
— Он похож на Огдена, — вдруг сказал Скрипач. — Не внешне, тот другой, хотя тоже блондин, и роста примерно такого же. Ит, а вдруг это он и есть?
— Не пори чушь, — отмахнулся Ит. — Это точно не он. Но на счет сходства — согласен. Есть немного.
— А кто такой этот Огден? — с интересом спросила Оливия.
— Один большой начальник, — Ит решил не вдаваться в подробности. — В свое время выпил у нас немало крови.
— Ну ты сказал, «в свое время». Он не одну сотню лет это делал. И не в переносном смысле, а в самом что ни на есть буквальном, — проворчал Скрипач. — Но да, этот Ирвин… не он, конечно.
