Закончив говорить, Айлис оглянулась вокруг паба. Уже собралось приличное количество людей. Похоже, ее переписка сработала. Пока Хантер весь день примерял одежду, она рассылала всем контактам из своего телефона приглашения посетить паб, чтобы создать аудиторию для прослушивания.
И хотя она не сомневалась в таланте и в образе Хантера, она также знала силу фанатов. Если Лэс увидит, как много посетителей любят Хантера, это добавит ему пару баллов.
― Нам тебя стоит поблагодарить за такой неожиданный наплыв? ― спросил Патрик, когда она подошла к бару.
― Да, прости. Я должна была тебя предупредить.
Патрик пожал плечами.
― Не беспокойся. Мы лишь подключим тех, кто сейчас наверху. Они в любом случае собираются спуститься увидеть выступление Хантера.
― Откуда вы все... дядя Трис? ― спросила она.
― Если ты не объяснишь, что является секретом, то об этом сразу же узнает вся наша семья.
― Как я могла забыть?
Прослушивание Хантера не было секретом, но она надеялась, что он не потеряется, когда увидит всю эту толпу. Может, ей стоило предупредить его. Обычно по понедельникам народу было не много. Сегодня очевидно стало исключением.
― Эй, я зарезервирую столик для Лэс, ладно?
― Конечно, ― Патрик вышел из-за барной стойки и с ней стали решать, какой столик будет лучшим вариантом. Как только они определились, она поставила на столик табличку «Зарезервировано».
После того, как она это выполнила, она пробралась ко входу, поджидая Хантера.
Бабочки в ее животе стали более настойчивыми, более неспокойными. Сначала она думала это из-за Хантера, но она быстро поняла, что это из-за нее самой.
Он стал действительно хорошим другом, тем, на кого она может положиться, хоть она в этом бы не призналась. Если все пройдет так, как она надеется, это станет его настоящим прорывом. Отличным шансом на славу.
Это заставило Айлис чувствовать, что сегодняшний вечер станет началом чего-то великого.
Или концом чего-то, что она не хочет потерять.
Хантер на мгновение закрыл глаза, когда его вторая песня подошла к концу. Толпа, Боже, похоже все жители Балтимора здесь, громко аплодировали. Обычно это его воодушевляло, заряжало энергией. Сегодня же это было больше похоже на белый шум, раздражающее бессмысленное жужжание.
Он специально избегал смотреть на Айлис. Она сидела с Лэсом, с мужчиной, который в данный момент обладал большой властью над Хантером. Этот мужчина может либо помочь ему, либо уничтожить. И пока рациональная часть Хантера понимала, что это всего лишь одно прослушивание, и будут и другие возможности. Он чувствовал себя так, словно все поставил на кон.
К несчастью, именно Айлис была его якорем в толпе, когда он пел. Он ловил ее взгляд, ее улыбку, пока она обслуживала столики, и это заставляло его стараться еще больше. Сегодня он сдерживал себя от желания посмотреть на нее, слишком боясь того, что он может увидеть.
Хотя он уже спел две песни, и пора взглянуть дьяволу в лицо. Когда он начала играть следующую мелодию, он заставил себя посмотреть на столик Айлис. Она с Лэсом склонились друг к другу, увлеченные очень серьезным разговором. Айлис кивнула, а потом они встали из-за стола.
Лэс уходил. Он послушал лишь две песни.
Хантер заставил себя петь, радуясь, что выбрал «Кареглазую девушку». Он мог петь эту песню даже во сне. К тому же, зрители всегда подпевали, поэтому он не боялся, если немного сфальшивит. А это вполне могло произойти. Он был близок к разочарованию, и это его могло раздавить.
Айлис проводила Лэса. Хантер проследил за ними взглядом прежде, чем уставиться в стену перед ним. Если бы он увидел разочарование на лице Айлис, то это стало бы подтверждением его чувств, а чувствовал он себя полным неудачником. Он не хотел ее подвести.
Он продолжил петь, полностью сконцентрировав свой взгляд на старой рекламе ирландского виски, которую кто-то поместил в рамку и повесил на стену миллион лет назад. Хантер был рад, когда песня подошла к концу. Он сыграл всего три песня, но был выжат до суха. Он не мог найти в себе сил выступать весь вечер.
А потом Айлис встала перед изображением, которое являлось его спасательным кругом. Она загородила его, встревоженно смотря на Хантера. Потом она вскинула руки, словно говоря «какого черта, чувак?». Похоже, она уже давно пыталась привлечь его внимание.
Песня закончилась, и он замешкался, не зная, что делать дальше. Он посмотрел на Айлис.
Она избавила его от мучений, когда солнечно улыбнулась и подняла большие пальцы рук вверх.
― Ты в шоу, ― беззвучно произнесла она.
И весь вечер заиграл новыми красками. Вот так просто.
Вся его тревожность исчезла, вместо этого его заполнила радость. Ее было так много, что он не мог понять, как паб смог ее вместить. Неожиданно его кардинальная смена настроения изменила атмосферу в пабе ― от подавленности до вечеринки века. Хантер словно парил, отыгрывая одну песню за другой. Ему все подпевали, все громче и громче, зрители оживились. Было ощущение, что в этот вечер объединили День Благодарение, Рождество и Новый год.
