Айлис вернулась к изучению стены перед собой, слишком устав думать обо всем этом. Может, стоило взять из холодильника бутылочку вина и напиться до изнеможения. Она могла бы подумать о своей жизни и завтра.
К сожалению, встать и дойти до кухни требовало больше сил, чем она могла у себя найти.
Вдруг тишина квартиры была жестко нарушена громкими ударами в дверь. Айлис подпрыгнула от неожиданного звука, ее сердце учащенно забилось.
― Черт, ― пробормотала она, положив свою дрожащую руку на грудь.
― Открывай эту чертову дверь, Пол! Выходи, гребаный урод!
Айлис с тяжелым вздохом откинулась на диване. Ее день и так был достаточно отстойным. Добавить Хантера Моргана, словно насыпать соль на рану.
Она даже не пошевелилась, чтобы ответить. Может, он решит, что никого нет дома, и уйдет.
― У тебя пять секунд, чтобы открыть эту дверь, или я снесу ее ко всем чертям, сукин ты сын!
Айлис застонала, вставая. Она ни на секунду не усомнилась, что он поступит так, как заявлял, а значит, ей придется думать, как потом починить дверной проем ― она посмотрела на часы ― в девять вечера.
Она просидела на диване три часа.
Девушка открыла и распахнула дверь, еле успев отскочить с пути «бешеного быка», который не ждал приглашения войти.
― Его здесь нет, ― произнесла она, надеясь, что Хантеру этого будет достаточно, чтобы уйти.
Хантер промчался по коридору, заглядывая в каждую комнату, бормоча себе под нос все возможные ругательства, некоторые из которых она никогда не слышала.
И, наконец, убедившись, что Пола нет, он вернулся в гостиную и впервые посмотрел на Айлис.
― Какого черта?! ― его голос был растерян и полон ярости.
Она пожала плечами, не уверенная, как ей ответить. Девушка осознала, что именно Хантер сейчас единственный человек на всей планете, кто понимает, что она чувствует. Потому что он также был ошарашен и повержен.
Это показалось ей немного забавным в своей иронии. В основном из-за того, что у них с Хантером не было ничего общего.
Он вытащил из кармана куртки конверт.
― Я нашел его, когда вернулся домой.
Айлис узнала почерк Ронды. Значит, Хантер тоже получил письмо. Его бросили так же, как ее.
Он открыл конверт и вытащил обручальное кольцо, которое он подарил Ронде несколько недель назад, на выходных. То, которое Ронда приняла с восторженным вскриком на празднике у друзей. Все были в восторге и поздравляли их.
В тот момент Айлис завидовала Ронде, в тайне надеясь, что Пол последует примеру Хантера и подарить кольцо на Рождество.
Но он не подарил. Вместо него она получила кашемировый свитер и первое издание сборника стихов, которые ей нравились. О, и еще дурацкую открытку «Старбакс». Словно он ее дядюшка, а не парень.
Айлис махнула на кофейный столик.
― Я тоже получила письмо.
Она не предлагала ему прочитать, но Хантер решил иначе. Он подошел, взял письмо и, сев на стул, стал читать.
Девушка хотела вырвать письмо из его рук: оно было личным, ее персональным адом.
Но наблюдая за тем, как он читает, как крепко его руки сжимали бумагу, чуть не разрывая ее, она поняла, что это не только ее боль.
Они с Рондой были близки с колледжа, а Пол с Хантером были лучшими друзьями с начальной школы. Они выросли по соседству и были ближе братьев. Смотря на них, она всегда задавалась вопросом, как между ними зародилась дружба. Хантер ассоциировался с выцветшими джинсами, худи и неряшливой бородой; хиппи с лохматыми каштановыми волосами и светло-голубыми глазами. Пол же напротив ― накрахмаленные воротнички, чисто выбритый, стильный, по-классически высокий, темноволосый и привлекательный. Хантер ― это еда на вынос и ужастики, Пол ― шикарные рестораны и театры. И, тем не менее, за последние двадцать с лишним лет у них было кое-что общее ― их любовь к одним спортивным командам. Это и общая история позволяло им сохранять дружбу.
― Какого черта? ― опять пробормотал он, откладывая письмо на кофейный столик.
Он наклонил голову и уперся локтями в свои колени.
Айлис подошла и опять заняла свое место на диване. Она не знала точно, что ответить. Они с Хантером не были друзьями. Скорее просто терпели существование друг друга, потому что у них не было выбора.
Хантер ― это эквивалент двадцатисемилетнего парня из братства, несмотря на тот факт, что он никогда не был в колледже. Он заявлял, что старшей школы ему хватило. Развлекался слишком сильно, смеялся слишком громко, ругался как матрос и постоянно дразнил ее за то, что она была слишком тихой, называя ее мышкой. Это прозвище до умопомрачения ее раздражало. Он считал, что чтение ― это просто пролистать журнал и посмотреть картинки. Не раз замечая ее за чтением книги, он громко интересовался, как она может так много времени тратить на что-то столь скучное. В его понимании если книга хороша, то по ней снимут фильм, и он его посмотрит.
У них не было ничего общего, кроме Пола и Ронды.
А теперь и разбитого сердца.
― Ты не ожидал ничего подобного? ― спросила она, возможно из-за того, что это беспокоило ее больше всего.
Айлис считала себя проницательной, но сама мысль, что Пол так хорошо скрывал свои настоящие чувства к Ронде, сводила ее с ума.
