Услышав о получении приза, местный чемпион буквально рушится на задницу и дрыгает ножищами, заходясь хохотом просто-таки истерически. Я поднимаю взгляд и на пьедестале в углу спортплощадки вижу: в качестве приза сегодня выступает штанга весом центнера три.
Толпа уплотняется вокруг ринга, заключив нас в кольцо. Все аплодируют. Кретины решили, что всё происходящее – отрепетированное юмористическое шоу. Предприятие усложняется.
– Подождите, – не унимаюсь я, – в чём проблема, мой товарищ хочет бороться! Обещаю, он будет соблюдать все правила. Что там у вас в правилах? Никакого членовредительства, до первой крови, при первом сигнале остановка боя… что-то ещё? Вы не верите, что он по собственной воле? Или в то, что ему уже исполнилось восемнадцать? Или сомневаетесь, что он успел стать мужчиной? Возможно, вы думаете, что перед вами киборг?.. Давайте же наконец отбросим сомнения и начнём поединок.
Соблазнённая моими речами окружающая публика прекращает смеяться, и вот уже толпа ритмично скандирует: «Бой, бой, бой!» Да уж, этим обывателям только и надо, что продолжения шоу, каким бы оно ни было.
А на арену-ринг уже взбирается Ильм. Картинно падает, споткнувшись о нижнюю перекладину, хватается за поясницу. Прекрасно себя ведёт старик, лишь бы не переиграл. С трудом поднимается, кряхтя и кашляя, торжественно сбрасывает куртку прямо мне на голову и принимается неуклюже боксировать с тенью.
Расталкивая галдящий народ, ко мне пробивается мужчинка в служебной форме Центра и, шепелявя, растолковывает, что, конечно, условия одинаковы для всех, но существуют этические нормы, и он, взывая к моей совести, просит не педалировать ситуацию, увести этого буйнопомешанного дедулю с ринга. Я громко и показательно возмущаюсь, говорю, что буду жаловаться в гильдию Досуга и больше ни ногой не ступлю в данный досуговый Центр, потому что здесь оскорбляют клиентов и не дают им развлекаться. Толпа зрителей меня горячо поддерживает, осыпая администратора гневными упрёками, и тому ничего не остаётся, как унести прочь свою цивильную шкуру.
Спортсмен наконец-то угомонился. Он грузно перемахивает через ограждение, перемещается в ринг, не спеша подходит к Ильму, выказывает своё восхищение храбростью старика и отказывается от поединка в пользу оного.
Басит великодушно:
– Бери свой приз, папаша. Пользуйся, гы-гы, вдруг смогёшь. Гордись победой, уважаю.
И протягивает свою здоровенную узловатую лапищу для олимпийского рукопожатия.
А «папаша» в ответ такое отчебучивает, что даже я охреневаю! Он отвешивает верзиле хлёсткую пощёчину, смачно плюёт ему на местный аналог кроссовок и выдаёт примерно следующее:
– Ну чё, сосунок, зассал?!
Борец от неожиданности ртом хватает воздух, слов не находит никаких, даже матерных, потому совершенно молча хватает престарелого хама за шкирку и намеревается просто вышвырнуть его за пределы ринга и собственной реальности. Но ещё одна неожиданность ломает его праведные планы.
Ильм молниеносно высвобождается от захвата, почти неуловимым глазами движением оказывается за спиной чемпиона и даёт ему пинка под зад. Ходячая гора мышц превращается в летучую и только чудом не падает на покрытие арены. Физиономия обманутого в ожиданиях борца моментально багровеет, да и всё его тело покрывается красными пятнами, будто стыд настолько нестерпим, что помидорных щёк совершенно недостаточно.
Зарычав по-звериному, яростно раздувая ноздри, чемпион восстанавливает равновесие, разворачивается и атакует обидчика, уже не думая, кто перед ним. А зря. Старый воин подныривает ему навстречу, пригнувшись, стелется под него, хватает борца за щиколотки и легко опрокидывает тяжёлую тушу. Пару секунд толпа растерянно молчит, отвесив все свои множественные челюсти, но уже на третью – публика хором взвывает от восторга.
Вот он, момент ковать монету, пока горячо. Встречаюсь глазами с Тегром, который уже готов принимать ставки…
А слаженная мы команда. Эх, только бы толк вышел из нашей слаженности! Не то растворимся бесследно, и даже некому будет поминать, как звали.
«После гибели Лёши… что-то надломилось внутри Тич. И стрелка её внутреннего компаса стала подрагивать. А может быть, это явление, которого они искали и к которому жаждали приблизиться вплотную… скажем так, сосредоточило часть своего внимания на девушке и целенаправленно сбивало её с верного курса. Отводило глаза… Так или иначе, в общем, покидало наших по разным уголкам мироздания, по войнам бесконечным. Сотни планет и станций они посетили, и везде, где обитали разумные, шла война. Где локальная, в пределах маленького княжества, а где и поглотившая не одну планету… Встретился на пути как-то даже целый фрагмент сети из нескольких соседних сот, которые люто воевали друг с другом, долго, не одно поколение. И вроде бы давно нарвались уже на… да вот, по причине, ведомой лишь самой Вселенной, ещё не настигла их заслуженная кара.