«Фло написала мне, что Эстелла очень хорошо учится в университете, и я ей очень горжусь. Как мне хочется ее увидеть! Но боюсь, что только нарушу ее размеренную жизнь, а я совсем не хочу причинять ей боль. Я благодарен, что она получила хорошее воспитание, и хотя в глубине души завидую Маркусу Вордсворту, я в долгу перед ним за то, что он обеспечил моей девочке ту жизнь, которую и я бы хотел ей дать.
Читая дневник дальше, Эстелла видела, что Бинни приносила Россу огромную радость. Эстелла лишь улыбалась, читая записи своего отца о детских радостях и горестях малышки. Ей также стало ясно, что он очень любил свою жену-аборигенку, и, хотя она часто отправлялась бродить по равнине, взяв с собой Бинни, он ни разу не упоминал, что жена пьет.
Дочитав до конца, Эстелла убрала его в комнату отца и заодно проверила Бинни. Была полночь, и девочка спала крепким сном. Глядя на нее в темноте, Эстелла вдруг почувствовала, что стала намного ближе своему отцу. Росс будет жить в ней и в Бинни. А Бинни для Эстеллы стала олицетворением связи с ее отцом. И Эстелла чувствовала сильную грусть из-за того, что не сможет продолжать работу отца, ведь для нее было бы честью стать наследницей его дел.
Решив подышать свежим воздухом, Эстелла открыла дверь на задний двор и вздрогнула, увидев Дэна, сидевшего на ступеньках крыльца.
— Что вы здесь делаете?
— Я просто хотел убедиться, что с вами все в порядке.
— Тогда… тогда вы уже знаете…
— Что вы — дочь Росса Купера? Да, знаю.
Эстелла подумала, сказал ли кто-нибудь об этом Мерфи.
— Извините, Дэн, что не сказала вам этого сама. Я хотела сделать это сегодня… да и много раз раньше…
— У нас у всех есть секреты, Эстелла, — Дэн какое-то время смотрел в сторону.
— А вот горожане не понимают. Они не смогли простить мою мать за то, что она бросила отца…
— Уверен, у нее на то были свои причины, но они никак не связаны с вами. Лично я не понимаю, какое это имеет значение — кто ваши родители. Вы — это вы. И я лично думаю, что вы — совершенно особенная.
Эстелла улыбнулась.
— Спасибо, Дэн. Вы тоже парень что надо. А теперь идите домой и поспите. Вы же совсем не спали прошлую ночь и наверняка ужасно устали.
Дэн подумал, что это очень похоже на Эстеллу — заботиться о нем и совсем не думать о себе.
— А с вами все будет в порядке?
— Со мной все хорошо. Последние несколько часов я читала дневник своего отца. Теперь мне кажется, что знакома с ним лично. И знаете… — ее голос сорвался от волнения. — Знаете, мне он очень нравится!
Вдруг она расплакалась.
Дэн протянул руки, и Эстелла с радостью приняла его объятие.
— Мне он тоже очень нравился, — прошептал Дэн.
Через несколько минут Эстелла шагнула назад.
— Спасибо, мне действительно это было нужно, — сказала она, вытирая слезы.
— Всегда рад, — ответил Дэн, чуть не добавив, что страстно мечтал обнять ее. — Чарли будет рад узнать, что с вами все в порядке. Он места себе не находит.
Дэн не стал упоминать о том, что Мерфи тоже очень волновался, и ему пришлось чуть ли не силой отправить его обратно в больницу.
— Ему кажется, что он во всем виноват, но это не так, — Эстелла вдруг почувствовала непреодолимое желание закончить одно начатое дело. — Мне нужно кое-что сделать, Дэн.
— Что именно?
— Мне нужно побывать на пастбище Ятталунга… чтобы осмотреть собаку Ральфа Тальбота.
Дэн удивленно посмотрел на нее.
— Отвезете меня туда на своем самолете? — спросила Эстелла.
— Я?
— Да, если, конечно, вы действительно считаете, что сможете…
— Я просто сильно удивился тому, что вы… мне доверяете.
— Конечно, доверяю. Я решила, что, раз Мерфи лежит в больнице… то, значит, теперь вы сами будете водить свой самолет, если вас вызовут с пастбищ.
— Вообще-то я еще об этом не думал. Но получается, что так оно и есть.
— Только я хочу вас попросить о маленьком одолжении.
Дэн почувствовал, как к нему снова возвращается его неуверенность в себе.
— О чем?
— Обещайте, что полетите чуть… медленнее. От скрипов и стонов вашего самолета у меня просто мурашки по коже.
