Приказав техническому составу готовить самолеты, Бельский собрал весь летный состав полка и в деталях изложил план нанесения удара по аэродрому. Когда же дело дошло до комплектования группы, желающими оказались все летчики. Тогда он выделил двенадцать человек из наиболее опытных, с которыми уже хорошо слетался. Включил в группу и четырех летчиков из молодых, в том числе «штрафников» (так называли тех, кто имел взыскание). Им надлежало нанести удар по зенитным установкам, расположенным вблизи аэродрома. Своим заместителем, как и в прежних вылетах, назначил Василия Бондаренко.
Подошел командир полка Лукьянов. Бельский доложил ему о разработанном плане действий, представил выделенных летчиков. Командир одобрил принятые решения своего заместителя. Задал несколько вопросов ведущим подгруппам и некоторым летчикам, чтобы убедиться в том, хорошо ли поняли они свои задачи. По всему видно было, что командир удовлетворен подготовкой группы. Помолчав немного, он вдруг спросил:
— А как будет действовать группа, если над аэродромом появятся истребители противника?
Бельскому сразу же стало ясно, что как командир группы он не все предусмотрел.
— А вот об этом, товарищ командир, мы не договорились. Будем действовать по обстановке.
— Обстановка может оказаться сложной, и работы по управлению такой большой группой будет предостаточно, поэтому о действиях в случае появления противника в районе аэродрома нужно определенно договориться сейчас. Кто будет их атаковать?
— Товарищ командир! — обратился Бондаренко. — Я возглавляю группу прикрытия. Считаю, что нам надо и атаковать противника, если он окажется над аэродромом.
— Пожалуй, правильно. Учтите, что вашей группе надо иметь больший запас высоты, к аэродрому подходить с некоторым опережением штурмующей группы!
И вот четырнадцать «кобр» в воздухе. Вся группа быстро и организованно собралась в боевой порядок. Радовало возросшее мастерство летчиков. Да, с такими орлами не страшно идти ни на какое задание! Но на душе у ведущего группы почему-то неспокойно. Невольно вспомнился полет в далеком сорок втором году, когда он, еще будучи сержантом, новичком, шел в группе на штурмовку аэродрома Марфовка, что на Керченском полуострове. Тогда тоже на душе было неспокойно. Но разве можно сравнивать эти два вылета? Тогда фашисты были хозяевами в небе. В каждом вылете наши летчики ощущали на себе их превосходство. Поэтому и летели к ним, как к черту в зубы, чтобы отомстить, хотя бы на время ослабить их действия, используя внезапность нападения. Сейчас советские летчики — хозяева неба, они диктуют свою волю врагу.
«Интересно, волнуются ли мои ребята? Все спокойно и уверенно ведут свои машины. Так почему же на душе у меня неспокойно?» — чередой проходили одна за другой мысли в голове Бельского.
Словно пробудившись от неприятного сна, он отгоняет тревожные предчувствия, хочет прервать молчание. Нажимает на кнопку передатчика и, стараясь говорить как можно спокойнее, передает в эфир:
— Соколы! Подходим к цели. Проверьте, у всех ли включено вооружение? Как самочувствие? Усилить внимание!
Маршрут полета ведущий строит так, чтобы к аэродрому подходить с противоположной от линии фронта стороны, с тыла. Вот уже виднеется одинокая возвышенность. Она вблизи цели. Над аэродромом взлетает несколько разноцветных ракет. Прекрасно! Их опять принимают за своих.
Бельский еще раз охватывает взглядом группу. Все нормально: выше и впереди шестерка Бондаренко. Ниже — четверка Сапьяна. Вот они расходятся по парам. Две лары Бондаренко начинают резко пикировать на аэродром — каждая в разных, расходящихся направлениях.
Только теперь штурмующей группе, которая идет значительно ниже, стали видны «мессершмитты». Бондаренко и Кондратьев стремительно атакуют врага. Вблизи аэродрома два фашистских истребителя врезаются в землю. Другую пару только что взлетевших Ме-109 атакуют Сенюта со своим ведомым. Один «мессершмитт», оставляя за собой шлейф дыма, успевает сесть вблизи аэродрома на фюзеляж, второй уходит… Хорошо видно, как четверка Лихоноса — одна пара слева от аэродрома, другая — справа — накрывает огнем зенитные установки… Теперь слово за штурмующей группой, как и договаривались, она разделяется на четверки. Бельский разворачивает свою вдоль левой стороны аэродрома. Сапьяну же предоставляет правую. Все перестраиваются в пеленг. Первым переходит в атаку ведущий. Под небольшим углом пикирования ловит в прицел крайний самолет. Короткая очередь. Хорошо видно, как покрывается машина вспышками: снаряды и зажигательные пули ложатся в цель. Затем переносит огонь по другим самолетам, выстроившимся на стоянке, словно на смотре. Выводит «кобру» из пикировании у самой земли, набирает высоту, разворачивается для следующего захода и быстро бросает взгляд вниз. Перед глазами трудно поддающаяся описанию картина.
