Звезды на утреннем небе полностью

Молчание. Валентина достала провод.

Дай-ка еще что-нибудь поесть, бабка…

Анна. Вы что сегодня? Сначала «тетка», теперь – «бабка». Валя, я тебе огород прополю, ты меня свези в парикмахерскую. Иначе закончусь сегодня на кочерге.

Мария. Вино какое?

Анна. Сиди ешь… мать-одиночка… Вино ей!..

Мария. Налей, тебе говорят.

Анна, поколебавшись, наливает себе и Марии. Николай по-прежнему молчит. Валентина в стороне возится с проводом.

Анна. Может быть, остальные присоединятся?

Молчание.

Ну ладно, тогда… извините. Гости пьют – хозяева смотрят.

Валентина распутывает провод.

Сейчас, Валя, я тебе помогу… И Маша тоже.

Мария. После обеда я песни пою. Какие желаете? Цыганские? Блатные? Романсы композиторов?

Анна. Композиторов.

Мария посидела некоторое время неподвижно и неожиданно запела, чистым красивым голосом.

Анна(восторженно). Робертино… По спине мураши… мураши…

Мария. Не мылась давно, наверное… Налей еще!

Николай вырвал бутылку из рук Анны, выплеснул вино.

Анна. Что ты хватаешь? Я себе наливала!

Николай. Еще нальешь ей – голову оторву! (Марии, тихо.) Кончай… дурить…

Мария. Ты мне не указывай, сколько пить! Иди, там тебя ищут. Иди…

Валентина(буднично). Анна, лопата стояла тут. Где она?

Анна. Она снаружи должна быть, Валя. Я ею утром двор подметала, ты мне сказала убрать.

Мария. А метлой ты что, ямы копаешь?

Анна. Метла у меня для полетов оставлена.

Молчание.

Валентина. Лампочка в патроне. Анна, вот так вправо крутанешь – включишь, назад – выключишь.

Анна. Я лучше в темноте останусь – не надо такого света.

Валентина. Все изолировано. Чтоб на ночь горячей не оставлять! Мне из-за ваших удобств по тюрьмам скитаться!

Анна. А лампочка-то! Ты бы еще от карманного фонаря подвесила – пупочку!

Мария. Иди, Коля, ты из-за меня и так задержался.

Николай. Успокойся, возьми себя в руки. Я приду сразу, только покажусь там.

Молчание.

Мария. А остаться со мной ты не можешь?

Николай. Я скоро.

Мария. Останься… не уходи. Никогда ни о чем тебя больше не попрошу!..

Николай. Я же быстро. Слышала, понаехало? Значит, скоро огонь понесут.

Мария. Какой огонь? (Догадавшись. После паузы.) А-а!

Николай. Пора мне…

Мария. А что, ты не можешь заболеть?

Николай. Не могу.

Мария. Там вас и так много.

Николай. Мало ли – зверь… человек под ноги бросится…

Мария. Возьми меня с собой!

Николай. Нельзя там посторонним… Они ночью пронесут, может под утро – тогда проще будет. Посмотрим…

Анна. Коля, а мне, хоть одним глазком, можно? Маша, ладно?

Николай. На месте видно будет… на месте…

Молчание.

В общем… ты не дури. Все идет по плану…

Мария. Ну иди… Подожди! Поцелуй на прощание.

Николай. Какое прощание?! Вниз только сбегаю – и назад.

Целует Марию. Она обняла его.

Анна. Валя, а Валя, погляди… Что, у тебя сердца нет?!

Валентина молчит.

Парень, возьми ее… Она тебя никогда не выдаст. Кровь за тебя отдаст – не выдаст… всю кровь!..

Николай(Марии). Ну пусти…

Анна(плачет). Эх, мамка, мамка, зачем ты меня родила… если так жизнь устроена!.. Мамка, погибаю… мама!

Николай выходит.

(Всхлипывает.) Только ты помнишь, какая я была… косы золотые…

Валентина. Вчера говорила, что брюнеткой была… Вино осталось?

Анна. Неужели выпьешь с нами?

Валентина. Сходи к мотоциклу, достань сумку – в коляске под пологом, принеси.

Анна идет к выходу. Валентина смотрит на Марию.

Муж мой был путейский обходчик… Люди его называли – «заходчик». Гулял он от меня… У нас всякая шваль селилась, кому в город нельзя было, цыгане… – он и к ним заходил… Татарин он был, с юга, с Крымских степей. С умнейшей головой. На газету раз посмотрит – всю наизусть помнит, даже в какой типографии отпечатана. Не мог он дома дня просидеть… Потолок ему мешал… Я думала, дурит… Решила за ним последить. Ты слушаешь меня?

Мария. Я вас слышу. Слух не болит.