– Не знаем. Может, деревенские, может, с соседнего лагеря, но точно не наши.
– Хорошо, – продолжала Светлана Сергеевна. – Это сделали не вы. А где вы тогда были в сон-час?
Смех прекратился. Ребята, уже решившие, что наказание их миновало, вновь оказались под угрозой.
– Мы… Я… – начал, было, Василёк.
– Мы ходили за малиной за стадион, – спокойно произнёс Мишка и протянул вперёд полиэтиленовый пакет с ягодами, который ему дала Женька. – Мы ходили туда пару раз с Олесей, но сегодня она осталась в вожатской, а мы решили пойти без неё.
– Что это ещё за самовольство? – строго, но уже не так сердито спросила старшая пионервожатая.
– Я разберусь с ними, – вставила Олеся, успокоенная тем, что её история с купанием останется в тайне.
– Да уж, разберитесь, пожалуйста.
Так, благодаря Женьке, ребята избежали неминуемого наказания в виде отправки домой. Радостные и возбуждённые, вернулись они в отряд, но Олеся всё же не могла никак не наказывать их за самоволку, и было принято решение, что их лишат купания до конца смены. Это, конечно, расстроило ребят, но было лучше, чем исключение из лагеря и отправка домой. Тем более что вечером ожидалось кое-что интересное, а именно покраска Васильковой чёлки.
К великому сожалению ребят, сам процесс происходил не в палате, а в вожатской. Женька, Вика и ещё несколько девчонок утащили туда Василька и никого не пускали. Мишка даже немного пожалел, что это не он вызвался покрасить чёлку. Хотя тут же опомнился. Во-первых, у него и так волосы были светлые, а во-вторых, как он в таком виде пойдёт в школу? Что скажут родители?
Девчонки возились очень долго. Из-за двери то и дело раздавался весёлый смех и сопротивляющиеся возгласы Василька. Наконец дверь распахнулась, и из вожатской вывалился Василёк с раскрасневшимся лицом и замотанным полотенцем на голове.
– Пятнадцать минут не снимать, потом вымыть голову, – послышался вдогонку звонкий Женькин голос.
– Ну вас, – огрызнулся Василёк и пошёл в палату.
Следом за ним вышла Женька. Вид у неё был запыхавшийся, но довольный. Она весело посмотрела на Мишку и сказала:
– Ну, что стоишь? На дискотеку не идёшь, что ли?
И, не дожидаясь ответа, пошла в палату девчонок.
Неяркий свет, недолгий взгляд,
Меня просили
С тобой потанцевать.
Тепло руки, слова твои
Мне говорили,
Что ты мне нравишься опять.
Я не хочу скучать и расставаться,
Я не люблю так долго быть одна,
Я не могу себе не удивляться,
Зачем свести тебя стараюсь я с ума?..
Дискотеки Мишка не пропускал, хотя так и не определился с партнершей для танцев. Медленные танцы включали не так часто, а совсем без музыки он не мог. Была какая-то магия во всём этом: полумрак клуба, мерцание светомузыки, ритмичные звуки и двигающиеся им в такт люди. Музыка проходила сквозь его тело, не встречая совершенно никакого сопротивления. В танце он был абсолютно свободен. В этот раз так случилось, что, танцуя, он оказался рядом с Женькой. Он не смотрел на неё, но каким-то шестым чувством понимал, что вот она, рядом. Они ритмично двигались, и иногда их руки касались друг друга. В этот момент какие-то искры пробегали через всё Мишкино тело. Он не знал и не понимал, что это было. Это было какое-то совершенно новое ощущение. Очень приятное. Иногда он даже сам, нарочно, но как бы случайно, касался Женькиной руки, и тогда фонтан волшебных искр вновь пробегал по нему так, что захватывало дух. Зазвучала медленная песня, и Мишка привычно отошёл в сторонку, где стояли остальные ребята.
– Я приглашу её на следующий танец, – сказал он, как оказалось, вслух.
– Кого? – спросил стоящий рядом Золотце.
– Женьку.
– Кого?! – переспросил вдруг Золотце как-то слишком оживлённо.
– Женьку Филатьеву.
– Да ты с ума сошёл? Она пошлёт тебя куда подальше. Не будет она с тобой танцевать.
Золотце как-то нервно рассмеялся и отошёл в сторону. Мишка некоторое время недоумённо смотрел на него, а потом понял. Это ведь не только ему одному, Мишке Коробову, нравилась Женька. Оказывается, Золотце тоже видел в ней что-то особенное. Тоже мечтал держать её в своих объятьях и танцевать, но боялся отказа. Вдруг это стало так очевидно для Мишки, что даже какая-то часть внутри него неприятно заныла. Золотце был его другом, а мужская дружба была куда дороже какой-то там девчонки, но была и какая-то неведанная сила, которая неумолимо тянула его к Женьке. Не зная, как поступить и что выбрать, он вышел из клуба и пошёл в отряд.
Смена пролетела быстро. До закрытия оставалось всего несколько дней, как ребята задумали очередную авантюру. Наказание в виде лишения купания им казалось несправедливым, ведь это не они залили из огнетушителя целую палату в четвёртом отряде, а были вынуждены сидеть в лагере в то время, пока остальные купались на речке. Инициатором в очередной раз был Василёк, чёлка которого, приобрела после окрашивания жёлто-рыжий цвет вместо ожидаемого белого. Женька сказала, что это из-за того, что волосы у Василька были тёмные и нужно их ещё несколько раз осветлять, чтобы получился белый цвет, но Василёк ещё раз осветляться отказался.
