– Я… – Кольцов с вызовом посмотрел на Петренко, – я стал сомневаться.
– В чем? – Капитан задавал вопросы быстро.
– В себе. Я не был уверен в том, что действительно не убивал ее. Мне нужно было разобраться.
– Разобраться – в чем?
– В том, что я могу. И чего не могу.
– Разобрался? – Петренко не скрывал иронии.
– Разобрался, – твердо ответил Иван. – Я разобрался в себе. И понял – я этого не делал… Ну, Марину то есть не…
Кольцов разгорячился, сменил свой поначалу холодный и уверенный тон на более взволнованный:
– Я проверял, на что способен. И теперь точно знаю, что убивать – не в моих силах. Потому что – не в моих принципах.
Петренко опустился на песок. Иван поспешно присел рядом, увлекая за собой Лену. Кольцов же продолжал говорить, горячо и торопливо:
– Я могу угадывать карты. И числа на рулетке. И иногда – но только иногда – предчувствовать то, что будет. Еще когда мы только стояли в сенях, я понял – дом окружен. И угадал, что вы в доме. И что вы нам поможете…
Петренко оборвал его:
– Ты знаешь, отчего умерла Марина? Нет? Так я тебе скажу. От множественных разрывов внутренних органов. Желудка, печени. Селезенки… И – ни одной целой кости. Все – практически в порошок. Ничего не напоминает?
Кольцов побледнел:
– Падение с большой высоты?
– Именно!
Иван закрыл лицо руками. И прошептал:
– Когда я выходил тогда из квартиры, я только подумал… подумал: «Чтоб ты сдохла». – Он вскочил: – Но я все равно не верю! Я не могу убивать! Не верю!..
– Ладно, ладно, не горячись… – успокаивал Петренко. – Теперь все это не так уже и важно… Важно – другое. За тобой, Кольцов, а значит, и за нами, охотятся. И охотятся очень серьезные люди… Мне кажется, они все-таки задействовали план «Рентген»…
– А что это такое?
– План по твоей, Кольцов, ликвидации, – жестко объяснил Петренко. – Раньше я еще сомневался, а теперь, после штурма дома Карандышева, почти уверен… полагаю, все выезды из области перекрыты… От спецназа мы оторвались… Пока оторвались… максимум на час… И вот у меня вопрос: что мы, – капитан сделал ударение на этом «мы», – будем делать?
Кольцов и Лена молча переглянулись. Петренко продолжал:
– Просто так нам отсюда, из этого Поволжска, не выбраться… А даже если и выберемся? Что, будем скрываться всю жизнь?.. У меня, к примеру, семья…
Иван и Лена по-прежнему молчали.
– Пока у меня есть только одно предложение… – продолжал капитан. – Надо позвонить одному человеку, и он, думаю, поможет нам…
– Что это за один человек?– настороженно спросила Лена.
– Полковник. Мой начальник. Просто хороший человек. Друг, можно сказать…
– Хороший человек, – скептически покривилась Лена. – Наверное, из тех же хороших ребят, что мечтают ликвидировать Кольцова…
– Вы не понимаете… Он друг моего отца… Они с ним служили… Он меня знает с пеленок… Я сумею его убедить…
– Не надо никому звонить, – с мрачной решимостью отрезал Кольцов. – Давайте лучше сейчас разойдемся. Разойдемся все. И в разные стороны…
– Я с тобой! – тут же сказала Лена.
– Лена!.. – укоризненно посмотрел на нее Иван.
– И правда, не надо никуда звонить, – донеслось с опушки леса.
Все повернули головы. На опушке стоял полковник Владимир Савицкий.
– Насколько я понимаю, ты, Сережа, собирался звонить именно мне? – обратился он к Петренко. – Так зачем же? Вот он я, собственной персоной. А ты, – по-отечески попенял капитана Савицкий, – когда скрываешься, сотовый телефон с собой бы не таскал. Не знаешь, что ли, что он легко пеленгуется…
– Даже когда по нему не звонишь? – ощетинился Петренко.
– А когда не звонишь – есть другие устройства. «Жучки» называются. Очень легко в твою трубку монтируются. Нешто ты этого не изучал?.. Ах, да, я забыл – ты же с мехмата… «Пиджак»…
Савицкий, говоря все это, неторопливо подошел вплотную к беглецам. Задержал взгляд на Кольцове и особенно внимательно поглядел на Лену. На полсекунды задумался и протянул Ивану руку:
– Будем знакомы! Владимир Евгеньевич. А вы, я знаю, Кольцов.
Иван машинально пожал Савицкому руку.
– Ну, ладно, – снисходительно проговорил полковник, – дело не в этом, а в том, что вы хотели меня видеть, – и вот я здесь, у ваших ног. – Савицкий усмехнулся. – Правда и то, что времени у нас действительно мало. Поэтому я буду краток, предельно краток.
Савицкий отошел так, чтобы держать в поле зрения всех троих беглецов. Чуть повысил голос:
– У меня есть для тебя, Кольцов, предложение, от которого ты, уверен, не сможешь отказаться… Поверь, у тебя – огромные возможности, поэтому перед тобой открыт весь мир…
Петренко осторожно прервал Савицкого:
– Значит, план «Рентген» отменяется?
«Дядя Володя» проигнорировал его вопрос и продолжал обращаться прямо к Ивану, к нему одному:
– Ты будешь богат. Независим. Влиятелен. Ты будешь владеть миллионами.
– Какими миллионами?! – воскликнул пораженный Кольцов.
– А зачем тогда штурмовали дом Карандышева? – не унимался Петренко.
Савицкий раздраженно посмотрел на него:
