– А как вы определяете время подлёта?
– Честно говоря, пока никак, – смущённо улыбнулся Ульянов. – Просто пока наши ракеты летят всегда в одно и то же место, которое можно скорректировать лишь по дальности и высоте.
– Не понял… – протянул Галин.
– Сам не понял. Давай по-другому. Пуск ракет производится по данным, полученным с радара. Видел антенну на одном из вагонов? Радиолокатор захватывает цель и ведёт её по высоте и дальности. Ракетчики наводят установки на определённую точку и ждут команду с локатора. Пуск производится с таким расчётом, чтобы ракеты и самолёты достигли заданной точки одновременно.
– И датчики самонаведения начинают работать тоже на подлёте к этой точке, – добавил Галин.
– Молодцом! Суть уловили.
– А если ракета не попадёт в цель, что тогда?
– Тогда сработает датчик самоуничтожения, – пояснил Ульянов.
– А если в том месте рядом с вражескими окажутся и наши самолёты?
– Могут быть сбиты, – неохотно ответил Ульянов.
– Глупые у вас ракеты! – сказал Галин.
– Ну, извините, других пока нет! – развёл руками конструктор.
У Ульянова затрещал радиотелефон. Тот поспешил поднести устройство к уху.
– Так… Так… Попросите их повисеть пока в сторонке. После третьего залпа дадите им отмашку. Удачи!
– Летят, – сказал Ульянов Галину, убирая радиотелефон обратно в чехол. – Идут одной группой двумя эшелонами: ниже пятьдесят два бомбардировщика, над ними истребители прикрытия.
В посёлке взвыли сирены воздушной тревоги.
– Ты что-нибудь видишь? – спросил Галин у наблюдателя.
– Пока нет, товарищ полковник! – ответил тот, шаря биноклем по небу.
– А кого это вы попросили повисеть? – спросил Галин теперь уже у Ульянова.
– На подлёте наши истребители. Мы попросили их пока в драку не лезть, чтобы не попасть под удар своих же ракет, – пояснил Ульянов.
– Понятно… – протянул Галин. – А залпов вы дадите всего три?
– Больше не успеем, ведь это всего лишь испытания, – извиняющимся тоном ответил Ульянов.
– Семьдесят две ракеты тоже неплохо, – свеликодушничал Галин. – Если все попадут в цель, то зенитчикам и летунам совсем работы не останется. Кстати, мои зенитчики с вами в доле?
– Связь с вашими зенитчиками мы поддерживаем, – ответил Ульянов, – но по взаимной договорённости каждый действует сам по себе. А ракеты… Нет, все не попадут. А те, что попадут, могут несколько поразить один самолёт. Так что…
– Ну, будем поглядеть, – подытожил Галин.
– Летят, – крикнул наблюдатель. – Летят, товарищ полковник!
– И наши «ласточки» пошли! – воскликнул Ульянов.
Галин повернул голову. Правее колокольни небо прочертили двадцать четыре светлые полоски, которые быстро уходили вдаль, навстречу невидимому пока невооружённым глазом врагу.
Залп ракетных установок видели и лётчики истребительного полка Юго-Западного фронта, что барражировали теперь в небе над Узловой.
Немецкие лётчики раньше зенитных ракет не видели. Им говорили: у русских они пока на стадии разработки, так что встретить их в воздухе они никак не рассчитывали. Строй бомбардировщиков рассыпался…
«Мессершмиттам» повезло. До их верхнего эшелона ракеты не долетели вообще. Зато под ними творилось нечто невообразимое. Пикировщики Ju-87, кто как мог, уворачивались от мелких бестий, налетевших на них как рой бешеных ос. Если в какой самолёт попадало сразу несколько ракет, его разрывало на части. Те, в которые попало всего по одной ракете, частью устремились к земле, чтобы через секунды зажечься на ней факелом, частью повернули назад, освобождаясь на ходу от смертоносного груза.
С колокольни всё это наблюдали в бинокли.
– Семь самолётов сбито, одиннадцать повернули назад! – доложил Ульянов, приняв сообщение по радиотелефону.
– Так, глядишь, и не долетит ни один, – одобрил Галин, следя за тем, как вторая группа ракет подлетает к вражеской эскадре. Но немцы, видимо, как-то приспособились. После второго ракетного залпа на землю упало только четыре «Юнкерса» и ещё семь повернули назад. Третий залп накрыл пикирующие бомбардировщики, когда они готовились выйти на боевой курс. Может, поэтому результат оказался лучше, чем в предыдущей серии. Ещё семь Ju-87 посыпались на землю, зато назад не повернул ни один.
Командир авиаполка, получив команду с земли, отдал приказ:
– Первая, вторая эскадрильи занимаются «Юнкерсами», остальные – «Мессершмиттами». Вперёд, сынки!
– Минус тридцать шесть, совсем неплохо для начала! – констатировал Ульянов. Глянул в небо и покачал головой: – А теперь нам лучше укрыться внутри колокольни!
– Сержант, вниз! – скомандовал Галин.
