– Эй, девочка с аквариумом. – Вздрагиваю от громкого голоса. Незнакомец догоняет меня и идет рядом. – Ты карточку забыла.
Смотрю на его руку с аккуратно подстриженными ногтями. Никогда не встречала парня, который ходит на маникюр.
– Ой. – Выхватываю ее и прячу в карман. Стыдно.
– Ничего, со всеми бывает. – Парень вертит головой, а я отвожу взгляд. Мне трудно разговаривать с незнакомцами, если у нас нет общей темы. Аквариум не считается, верно? – Как тебя зовут?
– А?
– У тебя есть имя? Или мне продолжать звать тебя девочкой-с-аквариумом?
– Ха-ха, – выдавливаю смешок. – Алевтина. Для друзей Аля.
– Что ж, Аля, давай будем друзьями. Я Жора. – Он протягивает широкую раскрытую ладонь. Неловко пожимаю ее.
– А какое у тебя полное имя?
– Георгий.
– А-а-а… – Идем к остановке. Замечаю, что иду медленнее. Не стоит этому парню знать, куда мне ехать. Или у меня уже паранойя?..
– Я обычно такое девчонкам не говорю, тем более едва знакомым. – Жора покашливает в кулак. – Аля, может, сходим на свидание?
– Что? – От удивления роняю пакет с аквариумом.
Жора вовремя его подхватывает. Его глаза на уровне моих. Сердце отчего-то замирает, дыхание останавливается.
– И-извини, мне надо домой. – Забираю пакет и иду к автобусной остановке. – Как-нибудь в другой раз! – И, чтобы он не успел мне возразить, перебегаю дорогу на мигающий желтый.
Когда я оборачиваюсь, нас разделяют оживленный поток машин и два красных светофора. Жора выглядит удивленно и расстроенно. Мне сейчас не до свиданий. Нужно вернуться домой раньше папы.
Дома пахнет кислятиной. Заглядываю в ванную комнату и проверяю мусор. Обычно мешки мы всей семьей выносим по очереди. Иногда кто-то забывает и в следующий раз выносит два дня подряд. Сегодня мой черед. Беру черный пакет и выкидываю в мусорный бак на улице. Странно быть дома после скандала, который устроил папа.
Едва я возвращаюсь и закрываю дверь, на домашнем телефоне включается автоответчик. На нем мы втроем говорим: «Привет! Оставьте сообщение для Жуковых после сигнала». Мы долго записывали сообщение, то хихикая, то говоря невпопад.
– Аля, ты уже дома? Еда в холодильнике, поешь обязательно, – говорит мама. Тянусь, чтобы снять трубку и поприветствовать ее, но она добавляет: – Я задержусь.
Сообщение записано, кнопка загорается красным. Сажусь на стул и опустошенно смотрю на столешницу. Иногда я представляю свое тело шкафом с полками. На каждой находится нечто важное. Например, любовь к родителям, дружба с Розой, безопасность и домашний уют. Так вот, последняя полка только что накренилась, и все, что стояло на ней, скатилось в неизвестность.
Заглядываю в холодильник. Желудок хочет есть, а мне тошно. Глаза щиплет. Жмурюсь и вытираю слезы, растираю по лицу. Не стоит плакать, говорю себе, еще не все потеряно, скоро папа вернется, извинится, и все наладится.
В микроволновке разогревается грибной суп. От запаха пробуждается аппетит. Заношу ложку, когда вновь срабатывает автоответчик. На этот раз голос мужской.
– Инна Ивановна, в компании возникла непредвиденная ситуация. Требуется консультация мастера, поэтому я позвонил вам. Прошу, перезвоните как можно быстрее.
Узнаю этот голос. Несколько лет назад мама работала с коллегой, Петром Васильевичем. Он редко заходил к нам, но, когда переступал порог, дарил игрушки или вкусности. Мама притворно бранила его, а я радовалась. Почему он звонит на домашний? Неужели у него нет маминого мобильного?
Доев суп и помыв посуду, хожу вокруг телефона. А вдруг это что-то важное? Может, мне передать ей его послание? Набираю мамин номер и пересказываю ей сообщение.
– Спасибо, Алечка. Я же недавно меняла номер, забыла ему сообщить. – Мамин голос сбитый, дыхание неровное. Опять куда-то спешит? – Ты покушала?
– Да, мам.
– Хорошо. Отец не появлялся?
– Нет.
– Ну и хрен с ним, – неожиданно весело говорит мама. – Захочет – объявится. Не захочет – никто его держать не будет. Ладно, доченька, мне надо работать. Если что случится, обязательно звони.
– По… – не успеваю договорить, как она сбрасывает звонок, – …ка.
Разворачиваю шуршащие газеты и спасаю из их плена аквариум. Тщательно промываю, чтобы не осталось грязи и клейких следов от ценника. В комнате ставлю аквариум ближе к стене, чтобы он не упал, если вдруг задену стол. Беру красную звездочку и сажусь на стул, верчу ее в руках, а в голове мысль: «И зачем я только ее сделала?»
Отчего-то становится стыдно перед Жорой. Я ведь не собираюсь делать столько звезд, чтобы заполнить аквариум. Просто хочу похоронить неприятное воспоминание на его дне, а что будет сверху – без разницы. Засыплю песком, ракушками, разноцветными стекляшками.
Из ниоткуда возникает уверенность: папа больше никогда меня не ударит. Он придет домой, мы поговорим и все уладим. Бросаю звездочку в аквариум. Она одиноко лежит внизу. Когда в семье все наладится, я ее сожгу.
