– Почему ты так ненавидишь драконов? – спросила Лу, пока старый дребезжащий трамвай вёз их через мост.
Поначалу пыл Ингрид её испугал, но когда та подтолкнула Лу в вагон и решительно хлопнулась на сиденье рядом, страх сменился надеждой. Да, Лу волновалась, что Сэл и Эмери её потеряют – но ведь нашли же они её в тот, первый раз? Значит, найдут и снова, тем более что Ингрид сказала Рику, куда они идут. А пока драконы улаживают свои вопросы с местными волшебными властями, может, и самой Лу удастся что-нибудь разузнать…
Она старалась не думать о том, что сказал Рик. «Невозможно»… Какое безнадёжное слово. Услышав его, сразу хочется забиться в угол и сдаться. Мама терпеть его не могла. Она всегда говорила: худшее, что можно сделать, – это опустить руки. Нет ничего плохого в том, чтобы ошибаться, падать, принимать неудачные решения, двигаться медленно или быть слишком осторожной. Ты проиграешь только в одном случае: если перестанешь пытаться.
Поэтому Лу решила, что она ничего не слышала. Кто такой этот Рик?! Что он вообще понимает!
– Ты ещё спрашиваешь! – взвилась Ингрид. – Тебе в школе объясняли, что такое «привилегированный класс»?! В нашем мире – ну то есть я-то уже здесь родилась, но неважно! – там типа демократия, но по факту всё решают они: несколько напыщенных древних драконьих семейств. Ты только представь: ничего не делать, но получить чуть ли не бесконечную жизнь, нехилую магию, офигенные богатства и вдобавок огромное самомнение – только потому, что ты родился дурацкой ящерицей! И потом всю жизнь ходишь такой, смотришь на остальных как на мусор!..
– Н-но Эмери и Сэл совсем не такие, – робко возразила Лу.
– Ага, как же! – отмахнулась Ингрид. – Вот увидишь, от них всё равно будет куча проблем. Сафо хоть и та ещё штучка, но бесится не на ровном месте. Дракона в мешке не утаишь. Ты знаешь, почему мы сейчас разговариваем о всякой сказочной ерунде – и никто не смотрит на нас как на сумасшедших дурочек?
Лу обвела взглядом полупустой салон. Никому не было до них никакого дела.
– Потому что все думают, что мы обсуждаем книжку? – предположила она. – Или компьютерную игру. И вообще, люди обычно думают о собственных делах, а не слушают, что говорят другие.
– Резонно, – признала Ингрид. – Но кроме всего этого, мы под волшебной маскировкой, из-за которой обычные люди не видят и не слышат того, о чём им знать не ст
– Но почему?
– Потому что они импульсивные эгоцентричные безмозглые рептилии! И главное – потому что они привыкли, что им
– Правда?! – не поверила Лу. Если бы учёные действительно узнали, что волшебство существует, разве они бы не предали это открытие огласке?
– Не уверена, – призналась Ингрид. – По официальной версии, все жертвы просто пропадают без вести. Но куда-то же они деваются?! Не верю, что это какой-нибудь маньяк, потому что чистокровных человеков он почему-то не трогает – только нас. Я знала одну девчонку, она вроде гномом была или наполовину гномом, что ли. Она просто пропала! Без следа! Или ещё один парень-оборотень, который гулял в парке со своими сводными сёстрами, чисто людьми. Девчонки, все три, потом вернулись домой в целости, а его до сих пор ищут. Говорят, правительство на всех, кого сможет поймать, ставит секретные эксперименты или что-то типа того. У нас уже пару лет как боятся детей по вечерам из дома выпускать… – Она вздохнула очень тихо и снова приняла вид оскорблённой правоты. – А тут ещё ты со своими драконами! Вот как тебя вообще угораздило с ними связаться?!
– Вчера они пришли и… – начала было Лу, но Ингрид вдруг вскочила:
– О! Это наша!
Трамвай затормозил, натужно скрипя колёсами, и они выскочили на остановке. Ингрид решительно свернула через арку в какой-то двор. Возле одной из стен была пожарная лестница – к счастью, не такая, по которой нужно карабкаться, цепляясь за перекладины, а нормальная, со ступеньками и перилами. К счастью – потому что к ней-то Ингрид и направилась.
– Кто такая эта Хельга? – спросила Лу, едва поспевая следом.
Ингрид, пыхтя, перелезла через калитку, закрывающую путь наверх.
– Она типа ведьма, – ответила она, помогая Лу перебраться следом. – Ну, то есть… не совсем. Сейчас сама всё увидишь.
Они взбирались по лестнице, и ступеньки на каждый шаг отзывались жутковатым металлическим гулом. Лу запыхалась; в висках снова проснулась боль.
– Ой, погоди чуток. – Ингрид вдруг остановилась на площадке, так резко, что Лу чуть не врезалась ей в спину. – У меня же есть угощение для микролеших!
– Для кого? – не поняла Лу.
Ингрид порылась в карманах и вытащила скомканный бумажный кулёк с логотипом какой-то пекарни.
