– Генерал, благодарю за ваше сообщение. Я безусловно понимаю вашу озабоченность и, надеюсь, смогу как-то разъяснить ситуацию. Прежде всего, я решительно подтверждаю, что мы с моими братьями не обнаружили на Сент-Либре никаких признаков разумной жизни. Это не означает, что её там нет, в силу очевидных причин – убийств и свидетельства Анджелы Трамело. Что-то убивает членов моей семьи, и, если бы я обладал какой-либо информацией, которая могла бы объяснить, что это, я бы не стал её удерживать. Для протокола: я считаю вашу экспедицию шагом в правильном направлении. Если на Брогале есть враждебная разумная раса, нам срочно необходимо о ней узнать. Могу лично вам подтвердить, что неизвестный Норт, убитый в Ньюкасле, не является одним из моих сыновей. Помимо транспортных рейсов на Землю, которые в наши дни представляют собой в основном перевозку генетического материала, меня не заботит ваше общество и его коммерческая деятельность. В завершение позвольте пожелать удачи вашим людям в экспедиции. Если снова понадобятся сведения, буду рад помочь.
Генерал Шайкх долго молчал, изучая опустевший стенной экран.
– Вы поверили хоть слову из сказанного?
– Это прозвучало вполне убедительно, – осторожно проговорил Вермекия.
– Да, и так правдиво. Я склонен поверить ему по поводу Сент-Либры. Это значит – экспедиция должна тронуться в путь. Как продвигается расследование ньюкаслской полиции?
– Они собирают виртуал всех городских дорог за тот день, чтобы отследить автомобиль, связанный с убийством. Полковник Эльстон надеется, что это даст результаты.
Ночной Ньюкасл излучал густые миазмы светового загрязнения. Уличные фонари и окна домов горели весело, словно бросая вызов ценам на энергоносители; между ними мелькали бесконечные цепочки сияющих фар; целые офисные здания были освещены сверху донизу, и их экономичные потолочные панели гордо демонстрировали ряды пустых столов и кубиклов. Центр города выглядел плотной цветной пеной из-за голограмм и неоновых реклам, которые поглотили целые улицы в погоне за победой бренда. Автомобили добавляли света, их передние фары и задние огни создавали беспорядочные реки фотонов, которые текли по покрытому снегом асфальту.
Были и темные места, пятна некроза на шкуре экзотического создания из света. Парки, крыши старых зданий за пределами центра, зоны ПСО; Сид ожидал их увидеть, но нашлись и другие, более тревожные прибежища теней. Улицы, которые то загорались, то исчезали, и лишь его разум заполнял пространство между иллюминациями; удивительное количество перекрестков выпало из поля зрения, охваченное тьмой.
И все равно городской виртуал выглядел впечатляюще. Сид и Ральф стояли в боковой части зонного театра, поодаль от простиравшихся во все стороны зданий, похожих на динозавров в какой-нибудь азиатской зонной драме, готовых обратить ничего не подозревающий мегаполис в груду мусора. Перед ними проигрывался вечер воскресенья, двадцать один ноль-ноль, с тысячами игрушечных машинок, которые скользили туда-сюда, невзирая на лёд, и людьми-муравьями, спешащими куда-то по тротуарам.
Сид не удержался и пошел сквозь слои света, пока вокруг его коленей не оказался округ Фенхэм. Он почти ожидал, что у его ног посреди мигающего изображения появятся течения, похожие на водовороты, но проекторы театра игнорировали присутствие детектива и продолжали поддерживать виртуал вокруг него. Посмотрев вниз, он увидел, как по Фенхэм-холл-драйв ползет автобус. Машина растворилась, приблизившись к перекрестку с В 1305, что был представлен исключительно структурными линиями на карте – серыми геометрическими очертаниями, которые удалось извлечь из памяти городского отдела планирования в качестве заменителя фактической информации из тралов.
Автобус снова появился на В 1305 и направился на юг, к реке. Сид глянул на длинные узкие окна на стене театральной зоны, за которыми располагалась контрольная комната. За главной консолью сидели Ари и Дедра, а Йен, Ева и ещё пара человек толпились в полумраке позади.
– Увеличьте перекресток, пожалуйста, – сказал Сид, указывая на серый набросок.
Город резко раздался вокруг него, на мгновение вызвав приступ морской болезни. Зонный театр был устроен так, чтобы полностью воссоздавать целые комнаты по визуальным логам первых осмотров, получая в результате нетронутое изображение места преступления, которое можно изучать пиксель за пикселем в поисках улик, какие позже могли переместить или не заметить, когда туда ворвались взволнованные медики или притопали агентские констебли. Теперь Сид с некоторой досадой изучал архитектурные линии перекрестка.
– Сколько в этом районе смартпыли? – спросил он.
