Гром с благодарностью посмотрел вслед другу и ускорил шаг. Они вылезли из колючего куста ежевики и очутились на поляне, залитой солнечным светом. Топи были уже совсем близко.
– Надеюсь, нас не заметят, – прошептал Молнехвостый.
– В последний раз Серое Крыло извалялся в поганках, чтобы скрыть свой запах, – ответил ему Гром, высматривая глазами что-нибудь подходящее.
– Ну уж нет! – отрезал Молнехвостый. – Этого я не стану делать даже ради тебя! Давай ограничимся тем, что подкрадёмся с подветренной стороны.
Когда коты добрались до опушки леса, Гром с опаской высунулся из-за деревьев.
– Надеюсь, мы сможем удрать, если нас заметят, – неуверенно пробормотал он. – Бродяги очень плохо бегают через лес. Если мы успеем добежать до чащи, то…
– Ш – шшш! – оборвал его Молнехвостый.
Гром обернулся и увидел, что его друг с тревогой смотрит куда-то в сторону. Проследив за его взглядом, Гром заметил четырёх бродяг, шагавших в сторону леса. Его сердце подпрыгнуло и затрепетало, как пойманная птица. Фиалка! Она была среди них.
– Прячемся!
Нырнув под куст тиса, Гром распластался по земле. Молнехвостый устроился рядом.
– Они идут прямо сюда!
Гром поглубже залез под куст и затаил дыхание. Патруль приближался. Когда коты подошли к кусту, один из них заговорил. Это был худой чёрный кот с бегающими глазами и тревожно вздыбленным загривком.
– Как вы думаете, Шрам видел, как мы уходили? – прошипел он.
– Не волнуйся, Ворон, – прошептала семенившая за ним Фиалка. – Он так увлечён боевой подготовкой, что не видит ничего вокруг!
– Где же мы будем охотиться? – с тревогой прошептал молодой котик с блестящей каштановой шерстью.
– Ты уже в третий раз об этом спрашиваешь, Рыжик, – с плохо скрытой досадой буркнула пёстрая кошка.
– Не сердись, Можжевельница, – примирительно мяукнула Фиалка. – Он волнуется, вот и спрашивает. Ты же знаешь, как жестоко Шрам наказывает тех, кто осмеливается охотиться для себя!
– Ничего я не волнуюсь, – смущённо пробормотал Рыжик.
Фиалка сделала вид, будто не услышала.
– Давайте попытаем счастья возле гнёзд Двуногих, – предложила она.
– Там же собаки! – с содроганием охнул Рыжик.
– А мы бегаем быстрее, чем они! – парировала Фиалка.
– Нам вообще не нужно никуда ходить, – зло прошипела Можжевельница. – Мы не должны рисковать жизнью, охотясь под носом у злобных собак, в то время как наш лагерь скоро превратиться в помойку гниющей добычи!
– Вот именно! – сердито буркнул Ворон. – Почему Шрам не даёт нам есть? Каждый день он вручает лучшие куски Щепке и Жуку, а нам оставляет лишь жалкие объедки! Мы голодаем посреди лагеря, заваленного едой!
Грома охватило бешенство.
«Как смеет этот блохастый разбойник издеваться над котами, которых заставляет умирать за себя?»
– Шрам просто негодяй! – прошипела Фиалка, грациозно перепрыгивая через валявшуюся на земле ветку. – После бегства Звёздного Цветка он совсем обезумел от злобы!
- Я рада, что она сбежала, – негромко заметила Можжевельница.
– Интересно, как там её котята? – промурлыкала Фиалка. – Папоротник говорила, их трое. Наверное, сейчас они подросли.
Бродяги стали углубляться в чащу леса, вскоре их голоса растаяли вдали.
Гром выпустил когти. Сердце жарко колотилось в его груди, каждая шерстинка шкуры дрожала от с трудом сдерживаемого гнева.
«Как смеет Шрам так ужасно распоряжаться едой, которую отбирает у нас? Как он может обрекать на голод и нас, и собственных котов?»
– Идём! – прорычал он, выбираясь из-под тисового куста. – Давай поглядим, что делается у них в лагере!
– Зачем? – удивился Молнехвостый, вылезая следом. – Ты ведь уже убедился, что Фиалка жива и здорова!
Гром обернулся к нему.
– Разве ты не слышал? Шрам тренирует своих котов для битвы! Мы должны своими глазами увидеть их приёмы!
Но Молнехвостый не двигался с места, его чёрная шерсть встала дыбом.
– Ты играешь с судьбой, – тихо сказал он. – Нас только что чуть не поймали. Что если Фиалка нас видела?
«Я был бы счастлив, если бы это было так! – подумал про себя Гром. – Знаю, она нас не выдаст! Я хочу видеть её и мечтаю, чтобы она меня заметила…»
– Гром! – недовольный оклик Молнехвостого прервал его сладкие грёзы.
Тот потряс головой, отгоняя мысли о Фиалке.
– Если Шрам настолько увлечён тренировкой своих котов, что не заметил, как целый патруль тайком сбежал из лагеря, то нас он точно не увидит! – фыркнул Гром, выбегая из леса на заболоченную низину.
Молнехвостый с недовольным сопением последовал за ним.
Пригибаясь к земле, рыжий кот короткими перебежками добрался до зарослей болотной травы, окружавших лагерь бродяг. Здесь он отыскал укромное местечко и сел, а Молнехвостый молча устроился рядом.
Затаив дыхание, Гром всмотрелся в просвет между стеблями.
Шрам расхаживал по краю поляны, не сводя цепкого взгляда с Щепки, который кружил перед пёстрой кошкой, глядевшей на него полными ужаса глазами. Морда противницы Щепки была располосована когтями, с носа капала кровь.
Шрам подошёл ближе.
– В следующий раз не будешь ворон считать! – рявкнул он, брезгливо глядя на несчастную кошку. – Теперь ты надолго запомнишь, что бывает с ротозейками, пропускающими удар противника!
