Снова это проклятый мир! В юности, соблюдая освященную веками церемонию посвящения в агенты, Д'арно показали соты. Животное чувство страха, испытанное тогда, до сих пор, спустя десятилетия, холодило нервы, заставляя гнать даже мысли, случайно обернувшиеся к теме запретной планеты.
Здесь, в этом лишенном света и тепла мире, Д'арно испытывал сходные ощущения.
- Где же его искать? Помоги, прощупай местность.
Дункан обращался к Телепату. Присутствие урода отнюдь не способствовало поднятию настроения.
Александр не любил расу уродов, да что не любил, он их почти ненавидел - иррациональное чувство к существам, вся вина которых сводилась к не слишком привлекательной внешности и умению читать мысли. Именно ненавидел, и Д'арно было плевать, что урод знает о его чувстве! Или не плевать... ненавидел и... боялся.
- Там, - шипящий голос пробирал до костей не хуже мороза. Корявый палец, палаческим крюком, высунувшись из-под накидки, указал на одно из темных пятен, в изобилии усеивающих стены воронки.
- Пошли!
- Ага, - Д'арно плотнее закутался в теплый, подбитый мехом яланской гидры, плащ. Далеко не без труда, ему удалось уговорить Дункана задержаться для соответствующей экипировки. Будь того воля, этот полоумный до сих пор щеголял бы в потрепанной униформе.
- Гаан, ты здесь? Это мы - твои друзья, вылезай.
Опустившись на колени, Трегарт разговаривал с дырой.
Дался ему этот старик! Пусть, даже и имеющий отношение к легендарному Прыгуну.
Из темноты показалась всклокоченная грива грязных волос.
- Нет, нет, я не хочу в соты! Я ничего не сделал! Это все они - бог Монтегума с подручными, они оговорили, подставили меня... а потом мы спускались с гор. Какие там горы! Спустились, и вышел снежный человек... я испугался, а они ручные, совсем ручные, и Баньян схватил меня, а зверек и говорит...
Опять этот сумасшедший бредит!
- Меня там поили вином - у губернатора Лендеи отличные виноградники, а еще... шоколадом, - морщинистые веки мечтательно прикрыли бесцветные глаза. - Шо-ко-лад, - произнося буквы, он словно катал на языке сладкие кубики, неземным лакомством смаковал каждый слог. - Ни разу после, я не ел шоколада, - или Александру показалось, или действительно под веками блеснули слезы.
Дункан порылся в карманах, между прочим, карманах весьма недешевого пальто, купленного Д'арно, а к пальто еще прилагался костюм из джергхайского шелка, льняная рубаха с ручной вышивкой и туфли из кожи кайского аллигатора в которых не стыдно показаться даже на приеме у бога. Это не считая прочих не дешевых аксессуаров, таких как: бриллиантовые запонки, платиновые часы и витая заколка для отсутствующего галстука. Вылитый принц! Упрямец еще смел утверждать, что ему это ни к чему.
- Держи! - нечто, завернутое в фольгу, опустилось в морщинистые ладони.
Пальцы с неистовством насильника сдернули блестящую обертку.
- Ш-шоколад... - он не кричал от радости, он произнес это слово благоговейным шепотом. Так преклоняются перед божеством, перед святыней, священными, освященными веками чудес и миллионами верующих реликвиями. Только... реликвии не едят.
Интересно, каким образом в великолепие облачения Трегарта затесался шоколад?
- Давай!
- Что давать? - Александр не сразу сообразил, что Трегарт обращается к нему.
- Вспоминай планету из Карты, а теплепат передаст изображение старику.
- Что-о-о! Чтобы этот урод копался в моей голове!
Сумасшедшему, поглощенному драгоценным лакомством, похоже, было все равно.
- Давай, не бойся.
- Кто боится? Я ничего не боюсь! Просто... просто... а, черт с вами!
Александр покорно представил мир. Небольшие острова, окруженные ярко-голубой, под стать небу, водой, пятнистые шары растений, сверху, это, наверняка, походило на праздничное шествие...
- Знаю, - не отрываясь от шоколада, бросил старик.
- Ты узнал место? Можешь рассказать, как добраться туда?
- За шоколад он тебе еще не то порасскажет.
- Знаю! - упрямо твердил умалишенный. - Проходами, только Проходами. Камнем - никак. Я был наблюдателем при дворе Кортунга Нассау... - неожиданно старик замолчал, даже жевать перестал. - Нет, нет, не скажу, нельзя! Никому не скажу, все плохие! Все плохо!
- Как насчет еще одной плитки шоколада? - Дункан снова выудил лакомство.
Да что там у него - склад кондитерской фабрики!
Старик колебался недолго.
- Ты - хороший. Тебе - скажу. Но не им, пусть уйдут.
Трегарт махнул рукой.
Д'арно с Телепатом покорно отступили на несколько шагов.
- Дальше! Они услышат! - взвизгнул сумасшедший.
Пришлось совершить прогулку в несколько десятков метров в компании урода. Тот оставался абсолютно безучастен к происходящему, безмозглой куклой выполняя команды Дункана.
Плохо различимые фигуры, любовниками, наконец получившими долгожданное уединение, склонились друг к другу.
Близость длилась довольно долго.
Наконец, стыдливой девицей, старик юркнул обратно в дыру, а Трегарт побежал к ним.
- Намиловались?
- Чего?
- Забудь, узнал, что хотел?
- Кажется. Двигаем отсюда, - Дункан вытянул Камень.
8.
Народы сами определяют свою судьбу.
Народы сами определяют вероисповедание.
