При включении аппарата выведения была установлена связь с расположенным в подмосковье вычислительным комплексом БЭСМ-7 — специально спроектированной для нужд авиации и космонавтики стационарной вычислительной машиной. Новый вид связи, для которого не существовало понятие экранировки и помех, позволял компьютору получать информацию напрямую с летательного аппарата по лучу гравилазера вне зависимости от расположения последнего и осуществлять управление и коррекцию траектории в реальном времени. Что это за новое радио, Султан не знал, ему сообщили лишь, что разработана новая помехоустойчивая связь.
Спустя несколько десятков секунд сильной перегрузки, с которой впрочем, помог справиться противоперегрузочный костюм, Амет-Хан смог поднять голову с ложемента и осмотреться. Через остекление кабины был виден шар Земли и тёмная бездна космоса. Осознание факта, что он стал космонавтом, обрадовало Султана.
— Джигит, я Земля, как самочуствие, как вышли на орбиту? — раздался в наушниках голос диспетчера.
— Земля, я Джигит, всё в порядке, вышел на орбиту искуственного спутника Земли как и планировалось.
— Джигит, приступайте к выполнению программы.
Амет-Хан взглянул на показания радара — где-то неподалёку от него должен был располагаться отработавший своё спутнкик связи. Султану предстояло найти его при помощи радара, сблизиться и поразить из автоматической пушки. Спустя десяток секунд локатор обнаружил цель. Правда она располагалась не совсем в запланированном секторе, но отклонение было невелико, и Султан счёл это допустимой погрешностью.
Включив устройство связи с ВЦ, он ввёл команду на активацию программы сближения и принялся ожидать выхода на цель. Особенности движения по орбите привели к тому, что Султан приближался к цели со стороны Солнца, и она была видна очень хорошо. Поэтому, чем ближе к ней приближался Амет-Хан, тем больше было его удивление — цель вовсе не была спутником связи. Странный аппарат, совершенно невиданных до этого очертаний корпуса тускло поблёскивал в прямых лучах светила.
— Земля, передаю картинку, наблюдаю странный космолёт.
— Джигит, картинку приняли, если сможете дайте увеличение.
Амет-Хан включил бортовой телескоп и направил его на странный аппарат. Почти тотчас и он сам и наблюдатели на Земле издали удивлённый возглас — на боку аппарата был изображён флаг США, а неподалёку от него висел астронавт, деловито разбирающий советский спутник.
Сергей Королёв встал с кровати и прошёлся по больничной комнате. Самочуствие было отличным, казалось что он помолодел, сбросил со своих плеч лет так двадцать. Выходка с инопланетным лечением, хоть и привела к его отстранению от руководства проектом "Космос", всё же имела не слишком уж тяжёлые последствия, как он втайне опасался. Сыграло роль предложение Селмка помочь Демихову в разработке технологии выращивания органов. Владимир Петрович настоял на том, что бы Королёва оставили на станции. Разговор с Хрущёвым, против ожидания, прошёл спокойно. Хрущёв лишь сказал, что из соображений безопасности Королёву придётся побыть под наблюдением. Впрочем, лет через пять возможна полная свобода перемещения — когда устарёют зания Королёва о ракетно-космической программе. Не желая сидеть без дела, Королёв добился некоторых уступок — ему разрешили быть консультантом по вопросам проектирования КА.
Королёв прислушался к своим ощущениям — наличие симбионта пока никак себя не выдавало — впрочем Селмак говорил, что первую неделю он будет занят восстановлением нормального функционирования организма.
— Сергей Павлович, с выздоровлением — поздравил его вошедший в палату Демихов.
— Что будем делать? — в наушниках Султан слышал переговоры командования на базе.
— Думаю, предъявлять права на спутник нет смысла — он официально объявлен неисправным. А вот проследить, что за машинка у амеров, стоит. Есть какие-нибудь сведения о недавних запусках?
— Нет, за последние несколько недель у них ничего не взлетало.
— Так, это уже люботытно.
— Джигит, как там наши друзья, не забеспокоились?
— Земля, считаю, что не обнаружен, признаков тревоги у противника не наблюдаю.
Султан услышал, как в ЦУПе распорядились насчёт слежения за американским короблём при помощи недавно запущенных спутников-разведчиков. Данные полученные Амет-Ханом позволили держать американский аппарат под наблюдением.
— Джигит, осторожно, не торопясь отойдите от объекта. Используёте двигатели ориентации малой тяги, светимость выхлопа — минимальная.
— Приказ понял, отвести ракетоплан соблюдая максимальную скрытность.
Султан включл маленькие маневровые ЭРД и медленно отошёл от американского космолёта.
Затем, выполняя программу возвращения, включил автопилот. Су-78Э развернулся соплом вперёд по направлению движения и начал манёвр возвращения. Обычного огненного кокона при снижении не было — ракетоплан сбросил орбитальную скорость до трёх махов, снизился до высоты пятидесяти километров и совершил разворот. Далее последовал обычный перелёт к аэродрому.
