Ал понял, что его спутник боится продолжать разговор в лесу, среди деревьев, и решил не накалять обстановку.
– Там, впереди, если немного повернуть влево, можно выйти к Тавилоне. Идем.
Сделав небольшой крюк с дороги, путники вышли к Тавилоне – притоку Оалавы. Река была гораздо меньше той, где свалился с небес десантный бот, но так же чиста и полноводна. Надар с интересом наблюдал, как Ал достал из тубуса на поясе несколько мелких предметов, вырезал из куста орешника длинный прут, и соорудил удочку. Фабричные крючки и леска, которую он пытался порвать, но лишь порезал себе палец, привела его в восторг.
– Эх, жаль, я не могу творить магию. А то бы приманил рыбу.
– Не обязательно – и так поймаем, – Ал нацепил на крючок шарик химического атрактора, и затем еще насадил жирного червя. – Эта штука работала во всех водоемах, где я рыбачил, думаю, ваша и рыба его тоже полюбит. Не очень спортивно, конечно, но зато результат гарантирован.
День подходил к концу: сгущались тени, наступало время волшебной ночи Священного Леса. Надар притащил из зарослей небольшую охапку дров после долгого блуждания и чертыханья под кронами деревьев и бросил ее на землю у ног Ала.
– Не густо, – скептически выгнув бровь, заметил тот.
– А ты сам попробуй – найди. На рыбу хватит. А ночью не замерзнем. В Лесу всегда тепло.
– Ну, хорошо, разжигай.
Надар сложил дрова шалашиком и стал выбивать искры из огнива, которое достал из кармана своей куртки. Увидев вопросительный взгляд спутника, он произнес: «А чего ты ожидал? Я же говорил, что неспособен к магии. Выживаю, как могу».
– Ладно. Давай о деле. Что ты хотел сказать? И почему сюда? А, понял! Ваши духи леса – деревья элонка, это они передают мысли, так? Но почему тут не опасно?
– Так ведь элонка не растут возле самой воды. И на краю Священного Леса их тоже мало.
– А наяды? Они же тоже подслушивают.
– Подслушивают, но вот сейчас костер разгорится, и с этой проблемой мы тоже разберемся.
Как только веселое пламя запрыгало по сучьям, Надар скрылся в сумраке, сгустившемся вокруг костра, и через несколько минут вернулся с большими зелеными листьями, неся их не в руке, а зажимая двумя палочками. Листья полетели в огонь, и тотчас же поляну залила кошмарная вонь.
– Да ты с ума сошел! Я сам сейчас отсюда сбегу!
– Заткни нос и посиди немного – это ненадолго, – закашлявшись проговорил Надар…
Ал замедлил сердцебиение, закрыл носовые клапаны и задержал дыхание – благо, минут 10–15 он может посидеть и не дыша. Вокруг них распространялась тишина: живность во всей округе убегала подальше от поляны. В камышах послышалось сердитое сопение и сдавленный всхлип, после чего громко плеснуло несколько раз. Надар зажимал нос одной рукой, а другой затыкал рот краем куртки. Глаза его были выпучены и слезились. Через несколько минут дым развеялся, листья прогорели дотла, но Надар все еще сидел, затыкая рот и нос и стараясь не дышать. Гекон с ехидной усмешкой наблюдал за слезящимися глазами элива-полукровки и его рвотными позывами. Наконец Надар осторожно убрал куртку и отпустил нос.
– Ф-ф-ух. О-о-о! Эти были забористыми! О, мать тороков, до чего же вонючая дрянь.
Ал открыл ноздри и слегка втянул воздух.
– Ну, ничего – уже терпимо. Что за мерзость?
– Это чиф-тах. Говорят, боги создали его для защиты Священного Леса. Никто в здравом уме не станет поджигать лес там, где растет это растение. А растет оно везде.
– В памяти Энола я не видел применения этой штуки.
– А зачем это ему? У него есть магия.
Ал задумчиво поглядел на костер:
– А рыбу мы теперь как будем на нем жарить?
– Не беспокойся, листья выгорают полностью – запаха не будет.
– А наяды?
– Нее, они теперь сюда не скоро вернутся – пока не проблюются где-то подальше отсюда. Так что доставай свои чудесные приправы, и приготовим себе ужин.
Рыба запекалась на углях в большом куске глины. Ал был уверен, что не разочарует аборигена.
– Ну что ж, я весь внимание: что ты так боишься обсуждать, что мы пришли аж сюда?
Надар задумчиво покусал губу:
– Ты начал говорить об эриса. Эта тема табу у элива. Эриса не просто полукровки или преступники. Эриса – парии, изгнанные своими Ветвями. Многие – очень знатных Ветвей. У Энола был брат, Фавинол. Старший брат, понимаешь? Теперь он тоже эриса.
– Почему?
– Энол ничем не интересуется, как ты уже замечал, а вот его брат был полной противоположностью: он хотел многого – всего. Больше, больше… Он был наместником Тимлава до того, как дядя Энола, Тодан занял это место. Но и этого молодому Цветку Древа было мало.
Ему хотелось еще больше власти. Подговорив многих из молодых элива, особенно из тех, кто родился на боковых ветвях, он организовал заговор против самого Алаолы Элава. И отцу, командующему всеми нашими войсками, пришлось драться в открытом бою против собственного наследника. Бунт был подавлен, многие ветви тогда не досчитались листьев, а сам Фавинол бежал с остатками своего войска в Дикие Земли.
– Дикие Земли? Это же туда, куда мы и направляемся.
