Анаконды весьма корректно информировали меня о цели следующего прыжка и заботливо делились со мной топливом. Были на них такие дроны, бочонок-бочонком, подлетит, присосётся к баку и заливает до полной топливом. На мой вопрос, где они таких достали, пилот одной из Анаконд нехотя ответил, мол, это тоже экспериментальная модель, вот прямо сейчас и обкатываем. А как закончим – так скоро уже и производство их начнётся. Дронов этих.
Пока летели я аж обзавидовался на их корабли. Сила! Мощь! Сразу видно, от таких крутых парней держаться нужно подальше. Спросил о цене, но лучше б и не спрашивал, ибо сумма в почти шесть сотен миллионов выбила меня из реальности на приличный срок, благо летели в сверхскорости и управлять кораблём особо и не требовалось.
Прибыли на станцию и, едва платформа опустилась в ангар, как ко мне ломанулся доктор. Ну, это я подумал, что ко мне, а он пронёсся мимо меня и прямо запрыгнул в открывающийся зев грузового отсека. Непосредственно за ним, но с соблюдением субординационной дистанции прорысила кучка ассистентов. Я только отскочить успел в сторону, иначе б затоптали.
– Эй, профессор, – кричу, подойдя к трюму, – а это… ну, здравствуйте!
В ответ мне слышится искажённое бормотание нескольких голосов. И ответного пожелания или там привета я там как-то не разобрал. Учёные, чё. Получили свою игрушку, а про того, кто им её починил, забыли. Ну, да я не обидчивый. Лишь бы заплатили, да и премию с бонусом начислили б.
Не я продажный – жизнь такая.
Поскрипывая затёкшей от долгого сиденияе в кресле спиной, присаживаюсь на ступню опоры моей Гадючки. Лапы-то у неё не маленькие, с усилениями. Мало ли где посадку совершить нужно будет?
Только достал пачку как меня окликает знакомый голос:
– Подвинься, да?
Поднимаю голову – Сергей. Чуть сдвигаюсь, места на лапе ещё на пару нас хватит и спрашиваю:
– А что ты не там? – показываю незажженной сигаретой на трюм.
Он достаёт свою пачку и, давая мне прикурить, поясняет:
– Да я там лишний. Пусть молодые работают.
Какое-то время молчим, просто наслаждаясь процессом и зрелищем носящихся туда-сюда юных дарований. А они носятся, только белые халаты развеваются. Как у рыцарей или у супергероев в кино. Из моего трюма – топ-топ-топ и тут же назад, но уже с каким-то прибором в лапках.
Ещё помолчали, любуясь картиной такой активности, а потом Сергей мне и говорит:
– Оплату я тебе перевёл. Всё как договаривались. Проверяй.
Проверяю. Да, всё верно – пять с половиной миллиончиков уютно устроились на моём счёте.
– Всё верно, но… – начинаю тянуть я.
– Что?
– Добавить бы надо. За сто процентный результат и активность вашего профессора.
– Доктора, – машинально поправляет меня Сергей. – Жирно будет. И этого хватит.
– Не, – продолжаю гнуть свою линию. – Ты на человека посмотри, – мотаю головой куда-то в трюм, – помолодел прямо. Твой босс счастлив?
Он кивает.
– Вот. И тебе спокойнее. А был бы он сейчас в дауне? На ком бы срывался? А тебе это надо?
– Верно, но фондов нет.
– Так найди. Я же много не прошу.
– Сколько?
– До шести округли, и я сваливаю отсюда.
Это реально – свалить, благо мы оба видим, как из трюма начинают карами вытаскивать оборудование.
– Много. Не могу.
– Хорошо. Я всё понимаю. Семь сотен, и две тебе. За беспокойство.
– Взятку даёшь? А если я сейчас сдам тебя?
– Кому? Доку вашему, – док как раз появился из трюма, прижимая к груди какой-то ярко жёлтый, с чёрными полосками ящик, – так ему пофиг на деньги. Сам что ли не видишь? СБ местной? Так я же вольный, какой с меня спрос? Контракт-то закрыт.
Сергей задумчиво смотрит на меня.
– Двести пятьдесят.
– Согласен, – протягиваю ему руку, – но тогда переводи семь с половиной.
Он качает головой.
– Ну, ты жук!
Развожу руками, мол, а что делать?
Через полчаса на мой счёт поступает указанная сумма, за описание методики сканирования, и я честно скидываю на указанный Сергеем счёт его долю.
– Всё теперь? – спрашивает он меня, вырвавшись от профессора.
– Да, сейчас пивка глотну в баре и полечу.
– Лети-ка ты сразу, без пива.
– А что так?
– Да пока вопросы не возникли, – он подбородком указывает на на борт моего корабля, который украшен длинной царапиной.
– А то вопросы возникнут. Откуда, и всё такое.
– Ну и что? Космос он…
– Угу, полон неожиданностей и секретов, – заканчивает он за меня фразу. – И я не думаю, что кому то стоит лезть в твои, – он выделяет интонацией последнее слово, – секреты.
Молча жму ему руку и быстро-быстро покидаю станцию. А всё же славно я и науке помог и себя не обделил. Шесть миллионов очень способствуют поднятию настроения, даже несмотря на отсутствие пива.
Пока корабль отваливает от платформы и разгоняется, прокручиваю в памяти события последних дней.
Когда я вырулил из-за последней груды камней, то первое, что я увидел, была огромная тёмная масса прямо по курсу. Просто кусок более тёмного пространства на фоне тёмных же камней и чёрного космоса в просветах между ними. Планета, находящаяся рядом, давала кое-какое освещение, но оно было столь скудным, что лучше б его и не было вовсе. Врубаю прожектора.
