– Заткнись, Анри, – процедила Анджелина. – Это все начал ты, и ты должен объяснить, чего ты собственно добивался этой авантюрой?
Десконье язвительно усмехнулся.
– Хотел проверить вашу готовность сдать меня на Новый год.
Оливарро посмотрел на него внимательно.
– Ты не веришь в наш уговор не сдавать членов комитета?
– Ни на секунду, – сказал Десконье. – Скажи мне, а где наш любимый философ Абдель Салим? Куда делся Винсент, который имел все шансы на председательское место? Наконец, что стало с твоим предшественником Олафом Стринбергом?
– Не пытайся меня загнать в угол, – сказал Оливарро. – Ты лучше меня знаешь, что Салим с Винсентом просто съели друг друга. А Олаф захотел слишком много власти.
– И ушел на завтрак к Цингали, – кивнул Десконье иронично.
– Он просто сбивает нас с толку! – заявила Анджелина.
– Вернемся к сути собрания, – произнес Рэнди. – Так что сказал Хануиль?
Оливарро посмотрел на него.
– Оно сказал, что Цингали вне себя. Вы знаете, что Хануиль на нашей стороне…
– Покуда есть Цингали, – хмыкнул Десконье.
– Во всяком случае, он не спешит действовать. Цигали взбешен историей с вашим лейтенантом, который влез в чувствительные места. Куда он влез, Уилл?
Дженнис удивленно посмотрел на председателя, потом перевел взгляд на Десконье.
– Что ты там еще придумал, Анри?
– Я? – искренне удивился тот.
– Только не надо крутиться? – скривился Дженнис. – Я знаю, что командировку в Африку ему сделал ты. Зачем?
Анри почесал нос.
– Наугад, – сказал он. – Парень практически не проявляет инициативу, приходится его подталкивать.
– И куда ты его подтолкнул?
– В Африке набухает недовольство, – сказал Анри. – И это связано с тем, что именно там начинал свою деятельность вождь рептилидов учитель Трускальд. Кстати, он начинал ее задолго до консультаций на Луне.
– И что? – спросил Оливарро.
– Возникла легенда, что Трускальд в Африке принял крещение, – продолжал Десконье. – На базе этой легенды начались религиозные войны.
– В прошлом году мы отправили туда батальон десантников, – напомнил Рэнди. – Мне казалось, все кончено.
– Все продолжается, – сказал Десконье. – Там довольно кипящая обстановка, и я надеялся, что это поможет лейтенанту вспомнить нужные факты.
– Опять наследство маршала, – произнес иронично Оливарро. – Что же там такое у него запрятано?
Анри вскинул голову.
– А ты бы спросил у Хануиля, – сказал он. – Уверен, что он знает.
– Может, ты нас просветишь?
Анри откинулся на спинку кресла.
– Это легенда, – сказал он. – Вы знаете, что маршал был очень близок в Трускальдом. Есть легенда, что он оставил ему тайные секреты ритуала Вызова.
– Разве это доступно людям?
– Этого нельзя сказать уверенно, пока мы не попробуем.
– И ты все это время молчал? – воскликнула Анджелина. – Какое же ты дерьмо, Анри!
Анри нервно скривился и произнес:
– А ведь когда-то она умоляла ответить на ее любовь!
Анджелина фыркнула, а Оливарро глубоко вздохнул.
– Тут хотя бы можно понять, что так бесит Цингали. Если мы выйдем на прямой контакт с их Создателями, все изменится более чем радикально.
– А что изменится? – спросил Дженнис. – Вы прогоните рептилидов, и с чем останетесь? Они нужны нам! Конечно, соотношение сил изменится, но надо ли нам рушить все созданное за последние годы?
Анри наклонился, чтобы посмотреть на Дженниса.
– Ты это серьезно, Уилл? Тебя все устраивает? И ты готов продолжать людоедство на Новогодних встречах? Тебе это кажется приятным?
– Какие-то вещи изменить необходимо, – отозвался Дженнис. – Но вы должны признать, что мы с вами создали цивилизацию, производящую излишек населения. И рептилиды готовы этот излишек у нас взять, предлагая самые совершенные технологии. Да, мы можем переписать наш договор, мы избавимся от унизительных условий, но давайте не будем крушить мебель!
Анджелина повернулась к Оливарро.
– Он говорит дело, Хоста.
– А барсифов мы сами подавим, – хмыкнул Рэнди. – Нет, в таком ракурсе мне это уже нравится. Не надо никаких жертв, не надо улыбаться, пожирая человеческое мясо, и можно послать Цингали с его ужасами куда подальше. В конце концов, он там не единственный, и было бы правильно найти возможность судить его по справедливости.
– Что скажешь, Анри? – спросил Оливарро.
Десконье крутился в кресле.
– Поскольку вероятность моего устранения наиболее высока, – сказал он, – то я безусловно приветствую такой вариант. Но вы должны понять, что все зависит от памяти этого лейтенанта. Это он должен вспомнить, что хотел нам передать старик Трускальд.
– А ты знаешь, как на него можно воздействовать?
– Я над этим работаю, – сказал Десконье. – И если вы не будете мне мешать, то я выйду на результат.
– Только существует риск, что рептилиды вмешаются, – напомнил Дженнис.
– А тут уже я надеюсь на вашу помощь, – сказал Десконье. – Если мы начнем работать вместе, у нас непременно что-то получится.
