— Возвращайте ваших людей на базу, — говорил тем временем Каверс.
— Принято, — четко сказала Сара.
Тут ее голос внезапно оборвался, а на пульте у Редера вспыхнула красная лампочка. Затем загудел характерный сигнал, означавший, что капитан срочно созывает селекторное совещание.
Каверс сидел в своем капитанском кресле, а экран перед ним делился на квадратики, и они один за другим заполнялись лицами его старших офицеров.
— Итак, выбор прост, — начал он. — Мы можем бросить войска и бежать к точке Транзита. Или мы можем принять бой. — Глаза у Каверса были полузакрыты, точно у сонного ястреба. — Десантное командование прикидывает, что ему потребуется приблизительно два часа, чтобы вернуть всех людей обратно на «Неутомимый». Какие будут предложения? — негромко произнес он.
— «Непобедимый» гораздо меньше линейного крейсера, сэр, — заметил Труон Ле, начальник тактической группы. — Зато мы значительно быстроходнее и в обычном космосе, и в Транзите, и у нас есть поддержка «спидов». У повиан их нет, поскольку десантники захватили весь флот мокаков.
— Мы также гораздо слабее вооружены, — указал квартирмейстер.
— «Спиды» возместят этот фактор, — задумчиво произнесла Ван. Затем она покачала головой. — Если бы не те шесть корветов.
— Может ли кто-то из десантников на мокакских «спидах» лететь? — спросила Ашли Люрман, астронавигатор.
— Они еще не взяли контроль над базой, — отозвался Каверс. — Я бы не хотел уменьшать их ряды.
— Но если мы не сделаем этого, сэр, может статься, нам придется их бросить, — сказал Труон Ле. Взгляд его темных глаз был почти умоляющим.
Наполовину разум Питера по-прежнему оставался зациклен на улетающих от врага «психах» и Саре. Но в затылке у него сидело что-то еще. Сара что-то такое сказала. Что-то насчет…
— Капитан, — сказал Джон Ларкин. — Поверьте, сэр, я испытываю глубокое уважение к способностям наших людей. Но у нас два корвета, практически безоружный штурмовой транспорт и мы сами. Хотя у нас и есть «спиды», — продолжил он, невзирая на протестующие возгласы остальных, — мы должны быть реалистами. Мы не чета линейному крейсеру и шести корветам класса эсминцев, пусть даже им очевидно поддержки «спидов» недостает. Думаю, нам следует отступить.
— А как насчет наших десантников? — спросил капитан. Голос его ничего не выдавал — ни согласия, ни осуждения.
— Сэр, десантники и их транспорт уже фактически потеряны, — скорбно произнес Ларкин. — Как мы можем их спасти, если мы даже себя не в силах защитить?
Лицо Каверса вдруг как-то заострилось, а взгляд стал как у орла.
— Если мы побежим, — прорычал он, — вся концепция легких авианосцев будет дискредитирована. Те, кто утверждают, что мы слишком легки для какой-то полезной работы и что наша скорость хороша только для отступления, получат все карты в руки. Не говоря уж о непростительных потерях в живой силе. Предлагайте еще, люди, вы способны на лучшее!
Питер ненавидел саму идею о том, чтобы вот так кого-то бросать, проверяя тем самым представления мокаков о милосердии.
Судя по выражениям лиц, глядящих на него с экрана, так же думали все остальные, включая Ларкина, который это предложил.
— Мы не можем позволить запугать себя до такой степени, чтобы забыть о тех тактических преимуществах, которые реально у нас есть, — высказался Труон Ле.
— Капитан! — с жаром вмешался Редер. — Наша главная трудность — линейный крейсер. А согласно донесениям капитан-лейтенанта Джеймс, он запакован в лед в кольце планеты. Так?
— К чему вы клоните, коммандер? — холодно поинтересовался Каверс.
— Почти весь тот лед, сэр, тяжелый, с дейтерием вместо водорода. Позвольте «спидам» атаковать, пока повиане все еще в него закованы. Если они будут наносить из своих орудий скоординированные удары пучками частиц, они смогут сжать дейтерий настолько, чтобы запустить термоядерную реакцию.
— Бога ради, Редер. Вы думаете, повиане будут просто так там сидеть и позволят нашим «спидам» это проделать? Вы с ума сошли! — воскликнул Ларкин. — Сэр, — обратился он к капитану, — я взываю к вашему благоразумию. Я понимаю, что очень тяжело отступить и бросить двадцать две сотни людей. Но у вас есть еще свыше шестидесяти шести сотен жизней, которые вы можете спасти. Прошу вас, не делайте эти жизни ставками в подобной безумной игре. В этом плане есть слишком много «если» и «может быть».
— Они смогут подойти ближе обычного, — настаивал Питер, — потому что орудия повиан будут затянуты льдом. Их капитан, скорее всего, посчитает, что лед защитит их от любого ущерба со стороны «спидов». Но мы будем бить прямо в лед! — Он умолк, но глаза его словно бы продолжали говорить, пока он глядел с экрана на Каверса. «Пожалуйста, — умоляли они, — позвольте нам попытаться».
— Это реально, — в своей неподражаемо-лаконичной манере заметил Оджи Скиннер.
Каверс внимательно изучил сосредоточенное лицо старшего механика.
— Вы так думаете? — спросил он.
— Так точно, сэр, — твердо сказал Оджи.
— А чем в это время будут те шесть корветов заниматься? — с жаром спросил Ларкин.
