С племянницей было ясно: пока она в лапах злодеев, из Беклемишева можно веревки вить. Все сделает: скажут квакать жабой – будет квакать. Без Ани преступничкам Чудесных Камней от господина лейтенанта не видать как собственных ушей… Кстати, Звездный Янтарь для выкупа племянницы остался в джипе, под чисто символической охраной не внушающего доверия фастфудовца.
Мотивы пленения Васи, если поразмыслить, тоже не теорема Ферма: захвачен на предмет выпытывания Тайного Числа Повелевания Лаксианским Ключом – для давления на господина лейтенанта и племянницы с лихвой хватало. А так как друг, по его словам, ни о каком Числе Повелевания понятия не имел, могут возникнуть нешуточные проблемы. Поди докажи бандюкам, что ни сном, ни духом ни о каких Числах или – как их там? – Мыслеформах, знать не знаешь, ведать не ведаешь. Не поверят же, хоть ты землю без кетчупа кушай… Сочтут за нежелание открыть тайну Золотого, в смысле – Лаксианского Ключика. А значит что? Будут бить, что же еще… Ладно, если просто отдубасят резиновыми дубинками, как "констэбли" бродягу, дерзнувшего нагадить на пол в "обезьяннике". А то вдруг испробуют что-нибудь винтажное из Средних веков: дыбу, например. А что? Обычный турник из любой качалки вполне сносно ее заменит…
Впрочем, проблем так и так не избежать. Голова вряд ли будет рассаживать пленников по отдельным помещениям. Запрут голубков вместе в каком-нибудь темном чулане, да еще несвязанных. А у племянницы на лицо не рогожа чумазая наброшена: маска в стиле садо-мазо и кляп. Опять же интимный полумрак узилища добавит романтики. Да тут и святой сгрешит! К гадалке не ходи, они там по-любому замутят…
Может, я, конечно, зря жутняка накидываю, и все будет пристойно. Но почему-то мне думается, что от поражения электротоком не только волосы дыбом становятся. И меня нисколько не утешит, что первыми от рук разъяренной Аниной мамаши падут охальный отрок Василий и недоглядевший за чадом дядя Антон. Доказать, что я свечку не держал, и вообще находился за тридевять земель, будет ох как непросто. По-любому третьей жертвой буду…
"Черт, никак я от господина лейтенанта фобию подцепил, – с грустью подумалось мне. – Боюсь тетеньки, которую ни разу в жизни не видел. По идее, мне должно быть абсолютно пофигу, что свояченица Антона Петровича аз есмь хтоническое чудовище визгливей Сирены, толще Левиафана и склочней всех Олимпийских Богов вместе взятых. Да еще скорая на расправу, как подвыпивший Геракл: что не по ее – сразу амфорой по кумполу. Я, упаси Крокодильи Боги, к этой "милейшей" женщине в зятья записываться не собираюсь. У меня своих проблем выше крыши…"
Такие вот невеселые думы одолели меня с утра пораньше… Тем временем затекшие мыщцы худо-бедно пришли в норму, и я двинулся по полю брани будить Босса и Данилыча. Соблюдая субординацию, перво-наперво я подошел к Беклемишеву. На нейтральное "Проснитесь, господин лейтенант, уже утро." тот даже ухом не повел. Зато на коварное "Босс! Тут ваши родственники приехали!" отреагировал: начал барахтаться, загребая стальными руками-ногами грунт. Наверное, если бы не экзодоспехи, Беклемишев попросту бы вскочил на ноги и дал деру. Хм… Что ни говори, рефлексы – великая сила. По этическим соображениям не буду приводить слов, сказанных мне Антоном Петровичем вместо "доброго утра". Да я и не вслушивался особо – матюгов я что ли не слышал, – поплелся смотреть что с Данилычем.
С разлюбезным нашим другом Степаном Данилычем тоже было все "чики-пуки". Сопел себе, как младенчик в кроватке. А так как вчера малыш часто прикладывался к бутылочке, от него исходило такое оригинальное амбре, что бомж Парфюмер удавился бы от зависти. Хм… Если уж вызывать Данилычу помощь, то непременно того сенбернара с флягой коньяка на ошейнике. После пробуждения это гомеопатическое средство ему ох как понадобится…
Как "поднять на крыло" этот с виду совершенно невменяемый организм, я по опыту уже примерно знал как. Просто негромко спросил:
– Степан Данилыч, вам наливать или пропустите?
Сопение тотчас прекратилось. Приоткрыв один глаз примерно на четверть, Данилыч каким-то образом идентифицировал меня и, с трудом выдавливая из себя слова, просипел:
– А… Очкарик… сам… как… думаешь?
ГЛАВА 2. Теперь еще и Вася…
Но реально налить получилось не так скоро, как хотелось бы.
